— Судьи, понимашь, какие-то странные: катала девка нормально, а бросают в подвал, а эта кое-как ковыляет по льду, и выше ставят. Ничего не понимаю.
Однако, когда увидел, что советские фигуристки Соколовская и Хмельницкая откатали прекрасно, очень сильно обрадовался и даже зааплодировал, всполошив задремавшего за дверью охранника, лейтенанта 9-го отдела КГБ СССР.
— Вот! Говорил же я — ну как такую красоту не показывать! Все же будут довольны! Хмельницкая... Она так может стать символом нации...
Пожалуй что, с этим трудно было не согласиться...
...Когда Арина с Соколовской, со спортивными сумками наперевес, в сопровождении дяди Саши Федотова, следовавшего за ними с накинутыми на плечи чёрными матерчатыми мешками, вышли из спортивного центра, поймали их вездесущие журналистки Ирина Тен и Габриэла Рубио. Вид у акул пера был как всегда элегантный, но в тоже время немного смущённый.
— Люда, Марина, можно вас на небольшое интервью? — просящим тоном спросила Ирина.
— Нет, сегодня мы ничего говорить не будем! — подала голос Соколовская. — Все интервью завтра! Сегодня мы устали, и говорить, по сути дела, не о чем. Завтра наверняка будет пресс-конференция, на ней всё расскажем.
Арина посмотрела на журналисток и пожала плечами, показывая, что спорить с Соколовской она не намеревается и её мнение точно такое же: все интервью, хоть краткие, хоть долговременные, только завтра. Сегодня говорить пока ещё не о чем. Нужно прийти в себя и подготовиться к завтрашнему старту...
... Левковцев остался в ледовом дворце: сейчас должны выступать с произвольными программами спортивные пары и танцоры. Должность тренера сборной подразумевает присутствие в составе делегации.
В автобусе Арина расположилась рядом с Линдой Флоркевич, тоже ехавшей с большим чёрным мешком, который ей помогла нести тренер. Канадская команда не была такой представительной, как советская, главного тренера здесь не было, так же как и врача, тем более безопасника. Вся надежда только на себя. Арина мельком увидела, что у Линды мешок довольно увесистый.
— Вы прекрасно катаетесь, я восхищена, — призналась Линда. — Такое ощущение, словно смотришь спектакль. Мне очень нравятся такие тематические программы. Я как будто проживаю их, полностью погружаясь в фантастический мир.
— Ну, ты сама великая артистка, — рассмеялась Арина. — Извиняюсь, не видела твоей программы, но уверена, что когда-нибудь её посмотрю. Может кто-нибудь догадался записать эти соревнования на видеомагнитофон.
— По крайней мере, завтра тебе представится возможность увидеть, как я катаюсь, — улыбнулась Линда. — Сейчас мы будем выступать совсем рядышком друг от друга.
Арина улыбнулась в ответ. Как ей сейчас было хорошо! Приятный разговор с фигуристкой, которая нравится ей, волшебные виды Оберстдорфа за окном автобуса, ощущение радости и чувство от хорошо сделанной работы. Эти прекрасные моменты как будто наслаивались друг на друга, образовывая чудесную картину безмятежности и счастья...
Когда приехали в гостиницу, Федотов помог занести игрушки в номер, потом на минуту остановился.
— Вас, наверное, все уже сегодня поздравляли, — смущенно улыбнулся Федотов. — Теперь настала очередь поздравить и мне. Я уже, наверное, считаюсь человеком, глубоко погружённым в тему фигурного катания, так как хорошо помню, что вы катали раньше и что сейчас. Большая разница! Сейчас это просто сплошное великолепие! И раньше было хорошо, а сейчас просто прекрасно. Желаю завтра выступить на самом высоком уровне и завоевать медали. И чтобы бросили ещё больше игрушек, я хоть сколько унесу!
Федотов улыбнулся, машинально хотел поднять руку, приложив её к правому виску, чтобы отдать честь, однако вовремя отсёкся. Сделал вид, как будто помахал на прощание, и ушёл обратно к автобусу: предстояло ему дежурить до самого позднего вечера: советским парникам и танцорам, шедшим после короткой программы и короткого танца на первом месте, предстояло закрепить свой успех на пути к золоту.
...Федотов ехал на автобусе к ледовому центру, смотрел в окно и размышлял о превратностях своей судьбы. Слова, сказанные начальником по поводу некой фантастической исключительности Хмельницкой, он не забыл, однако сейчас в деле появилось ещё одно действующее лицо: Марина Соколовская. Она тоже производила громадное впечатление на зрителей, при этом концентрировала на себе его пристальное внимание. В ней ощущалась скрытая сила и уверенность, которые становились всё заметнее с каждой новой встречей. Если сравнить Соколовскую образца чемпионата мира среди юниоров и сейчас, это были, как говорится, две большие разницы.