— Ух ты, какие люди к нам пожаловали! — дружелюбно улыбнулась старушка, мгновенно сменив настойчивое строгое выражение лица на сплошную доброту. — Здравствуй, Люда! Как твоя поездка в Москву?
— Здравствуйте, — вежливо поздоровалась Арина. — Очень хорошо всё прошло, спасибо огромное. А у вас тут как дела?
— А у нас тут чехарда! — заговорщицким тоном ответила старушка, смешно округлив глаза и нагнувшись к Арине, словно опасаясь, что её кто-то услышит. Хотя услышать, естественно, могли все, кто угодно: вокруг переобувались несколько детей.
— Что за чехарда? — с большим удивлением спросила Арина, опытным чутьём подозревая очередную пакость от руководства.
— Начальство сказало: сегодня журналисты приедут из Москвы! — таким же тоном продолжила старушка. — Даже не то что приедут: уже приехали! И приехали они, Люська, по твою душу!
— Как это по мою душу? — с ещё большим удивлением спросила Арина. — Откуда вы знаете?
— Всё сама узнаешь, слухами земля полнится! — пообещал Олимпиада Ивановна. — Я тут с утра уже марафет навожу, с обувью с этой треклятой борюсь. Детишки-то у нас сама знаешь какие, так и норовят грязи натаскать. В общем, тренер тебе всё расскажет... А мне сказали, чтоб везде порядок был и чистота!
...Однако тренер в данный момент рассказать ничего не мог, сейчас он находился у директора, где сам впервые услышал эту информацию. На планёрке, в самом начале, Каганцев перед всеми тренерами сделал важное объявление.
— Товарищи, рад видеть вас в добром здравии, и хочу донести до вас очень важное известие, — с серьёзным видом сказал Каганцев, потом, выдержав значительную паузу, продолжил: — Меня вчера вечером товарищи сверху поставили в известность: к нам в город, а конкретно к нам, в нашу спортивную школу, приехали журналисты из Москвы, а один из них так вообще из-за границы! Цель у журналистов обозначена чётко: они будут снимать репортаж о нашей секции фигурного катания, а точнее, о чемпионке мира Людмиле Хмельницкой. О том, как она тренируется и готовится к новому сезону. Будет большой материал не только в «Советском спорте», но и в зарубежных изданиях. Городской комитет по физкультуре и спорту, а также городской комитет КПСС призвали оказать максимальное содействие и открытость. Владислав Сергеевич, вы понимаете это?
— Не понимаю, — ответил слегка встревоженный Левковцев. — Что значит «содействие и открытость»? От нас что требуется?
— Журналисты, как я понимаю, будут весь день ходить и смотреть, что делает Хмельницкая, как коммутирует с остальной группой, как проходит ваш тренировочный процесс, — невозмутимо ответил Каганцев. — В общем, они хотят видеть всё.
— Но там нечего смотреть! — возмутился Левковцев. — Обычный тренировочный процесс: общефизическая подготовка, хореография, лёд. Неужели они будут снимать обычную рутину?
— Им как раз и нужна ваша обычная рутина, — парировал Каганцев. — До мельчайших нюансов.
— Мы сейчас до конца недели будем заниматься постановкой показательного номера! — напомнил Владислав Сергеевич. — Вы же сами знаете!
— А это даже ещё лучше! — заявил Каганцев. — Пусть увидят, как вы ставите показательный, ничего страшного. Откуда им знать, что вы делаете и для чего? Вы, кстати, уже думали насчёт показательного? В смысле, сюжет какой-то или что-нибудь вроде этого?
— Пока ещё ничего нету, — признался Левковцев. — Но будьте уверены, сегодня мы начнём плотно работать над этим.
— Вот и хорошо, работайте, — заявил директор школы. — В конце дня зайдёте и поставите в известность, что у вас получилось. Завтра, в четверг, уже нужно дать какое-никакое объявление в местные СМИ. Кстати, я эту информацию не для одного товарища Левковцева довожу, а до сведения вообще всех тренеров. Товарищи тренеры, проинформируйте ваших воспитанников, чтобы они вели себя максимально тихо и без шалостей. Не хватало еще в грязь лицом ударить перед Москвой и заграницей. А сейчас все свободны. Работайте.
... Арина прошла в раздевалку, осторожно отворила дверь и заглянула внутрь. Хотела зайти незаметно, однако не удалось.
— Ура! Люська приехала! — крикнула Авдеева, побежала к Арине и обняла её. — Я первая с тобой обниматься!
— Нет, я! — крикнула Барышникова, в свою очередь подбежала к Арине и тоже обняла её. А спустя мгновение уже вся толпа юниорок с хохотом навалилась на Арину и чуть не повалила её на пол. Ну что ты будешь делать! Народная любовь — дело такое!
Потом, когда страсти улеглись, девчонки принялись расспрашивать, как прошла поездка. Интересовало их абсолютно всё, ведь их прима попала в самое логово спорта высоких достижений, во взрослую сборную по фигурному катанию!