— Выросли, — заключила Тарасова. — Сейчас поменяем, нет проблем.
Когда мерили второй раз, одежда оказалась уже нормальной. Арина сложила своё богатство в спортивную сумку и потрогала её: вес получился нормальный!
Потом в сопровождении Тарасовой вся компания направилась в кассу, где каждый получил командировочные за 6 дней, и тут же, отсчитав 30 рублей, поменяли их на валюту, на 100 немецких марок. Каждый член команды брал две бумажки бежевого цвета с нарисованным мужиком в старинной одежде и с париком на голове, с цифрой 50, внимательно рассматривал и удивлялся. Невиданные доселе бумажки!
— Интересно, что на них купить можно? — с интересом спросила Арина, аккуратно складывая деньги в карман. — Я помню, на югославские динары мало чем можно было затариться.
— Мало-немало, однако косметикой и средствами ухода для волос мы затарились, — заметила Соколовская. — И они нам на пользу пошли, на показательный как люди накрасились.
Арина понятия не имела, сколько можно купить на эти марки. В её времени в Европе ходили евро, и, например, 100 евро была, конечно, незначительная сумма, но и не маленькая, на джинсы с майкой хватило бы...
Когда все получили положенное, Тарасова сказала, чтобы все садились в служебный автобус.
— Развезём вас куда надо! — заявила Татьяна Петровна. — Завтра не опаздывайте!
Ответом ей были одобрительные возгласы фигуристов: с такими тяжёлыми сумками по транспорту сильно не походишь...
... Автобус довёз Арину и Соколовскую прямо до подъезда, водитель помнил, куда отвозил Арину в день прибытия в Москву. С трудом выбравшись из узкой двери, подружки направились в подъезд.
Когда зашли в квартиру, Арина почувствовала, как сильно устала: утром упорно тренировались, потом, не передохнув, поехали в федерацию, не позавтракав, потом проходило долгое собрание, потом возня с одеждой и примеркой, потом стояние в очереди за деньгами. Арина посмотрела на часы: время 13:20.
— Может, сейчас на обед сходим? — спросила Арина у Соколовской.
— Пошли! — махнула рукой Марина. — Уже живот подворачивает.
В столовой Арина Серёгу не встретила, хотя очень желала. Не торопясь пообедав, отправились домой, где после короткого отдыха начали собирать сумки. Перед Ариной остро встал вопрос — брать с собой новые коньки или не брать. Очевидно, что стоило бы взять как запасной вариант, если сломаются рабочие, однако Арина никогда так не делала, поэтому отказалась. Да и в целом, из только что полученной одежды брать с собой в Германию практически нечего: старая одежда сборника, в которой ходила считанное количество раз, была ещё нормальная. Разве что кроссовочки... Зимние кроссовки Аdidas, которые выдали сегодня, естественно, смотрелись лучше, чем тёплые китайские сапоги, поэтому Арина решила ехать в них. Плюс поменяла тренировочные кроссовки на новые. Положила в сумку туалетную бумагу, новые салфетки в салфетницу и взяла новую бутылку для воды. Остальные вещи, которые не понадобятся, решила оставить в новой, только что полученной сумке в комнате. Потом, по приезде из Германии, увезти эту сумку домой.
— Надо бы ещё в магазин сходить, перекусить что-то взять в дорогу, — заявила Арина.
— Тут всё есть! — возразила Маринка. — Завтра утром хлебом с колбасой позавтракаем, яичницу поджарим, остальную колбасу и хлеб на бутерброды пустим, печенье, пряники, конфеты с собой возьмём. Ничего не стоит покупать, наоборот, надо всё, что здесь имеется, съедать, потому что нас четыре дня не будет.
— Тогда сейчас пойду спать, — заявила Арина. — Вечером, может быть, пойду погуляю.
— С Серёгой? — ехидно спросила Маринка и посмотрела на Арину, сразу покрасневшую.
— Может, и с Серёгой, — смущённо ответила Арина. — Мы с ним на сегодняшнюю встречу не договаривались, потому что я не знала, когда у нас собрание закончится. Договорились встретиться у общаги в 18 часов.
— Фигово... А я тебе хотела компанию в прогулке составить, — усмехнулась Соколовская.
Блин, ну как вот у ней получается постоянно поддевать любого человека, это же какой офигенный талант тролля пропадает! Практически каждым своим предложением Соколовская или вгоняла Арину в неловкое положение, в стеснение, когда приходилось краснеть или мямлить что-то невразумительное, или, наоборот, как сейчас, заставлять себя же корить за то, что якобы злая жестокая Арина отказалась гулять с подружкой. И что вот делать?
— Нууу... Давай с нами сходим... — неуверенно промямлила Арина, чувствуя, что делает она совсем не то. Не надо так делать! У ней же будет свидание с Серёгой!