Раздались непродолжительные аплодисменты, после которых мистер Грэм начал зачитывать приехавших участниц соревнований.
— Так получается, Линды ещё нет, — задумчиво сказала Арина. — Этот мужик сказал, что из Америки и Канады участники только завтра приедут.
Соколовская пожала плечами и хотела что-то сказать, но в этот момент мистер Грэм назвал фамилию «Хмельницкая», и Людмила, смущённо улыбаясь, под аплодисменты пошла к президиуму.
Все трое сидевших в президиуме мужчин с интересом посмотрели на неё, как будто оценивая, в какой она форме. Поульсен явно помнил её, приветливо улыбнулся и помахал рукой.
— Вот твоя карточка, Люда, — сказал мистер Грэм и подал пластиковую карту на белой тесёмке, на которой по-английски было написано: «Людмила Хмельницкая, фигуристка». Больше ничего не было: ни фотографии, ни флага СССР.
Люда поблагодарила и отправилась на своё место. Пожалуй, после собрания сразу можно будет сходить пообедать. Или, если точнее, поужинать. Последний раз ели в самолёте, часов 5 назад, жрать хотелось неимоверно…
Глава 12
Ужин и первая ночь в отеле
Аккредитацию раздавали довольно быстро. Уже через 20 минут ответственные лица заявили, что общее собрание закончено, и под громкие аплодисменты покинули президиум. Начали расходиться и присутствующие.
К Арине и Соколовской подошли тренеры. Оказалось, они сидели в первых рядах вместе с остальными представителями советской делегации: первыми заняли это место, так как пришли сильно раньше.
— Как самочувствие? — спросил Левковцев.
— Всё нормально, — осторожно ответила Арина.
На самом деле самочувствие было так себе. Всё-таки сказались длинная дорога и смена часовых поясов. Голова была тяжёлой, но спать не хотелось — выспалась в самолёте, и пока это сказывалось. Соколовской, судя по всему, хотелось спать. В Москве уже далеко за полночь, 2 часа ночи. Марина стояла и часто хлопала ресницами, временами отчаянно зевая.
— Ты слышала, что сказал представитель федерации Америки? — спросил тренер. — Завтра тренировка у женщин с 10:00 до 12:00. Так что встречаемся завтра в вестибюле в 9:30. Не забудь коньки. Сегодня никуда не ходи, ложись спать, отдыхай. Завтра ты нужна мне полностью отдохнувшая.
— Сначала надо поесть! — угрюмо заявила Арина.
— Марина, это и тебя касается! — заявил Жук, стоявший рядом и внимательно слушавший, что говорит коллега. — Завтра встречаемся в вестибюле в 9:30.
Соколовская и Арина согласно кивнули головами, и уважаемые тренеры ушли, по-видимому, на ужин. Подружки последовали за ними, последними покинув конференц-зал. Чувства были очень необычные: они за границей, в шикарном отеле, и перед ними свобода! Да ещё и такое внимание! Все проходившие мимо люди с большим любопытством смотрели на советских спортсменок, которых сразу определяли по гербу Советского Союза на груди и крупной надписи USSR на спине. Почувствовали себя взрослыми и вполне самостоятельными!
— И где тут жрать? — с интересом спросила Соколовская. — Где этот ресторан под названием «Всё лучшее с Запада»? Или как его там…
— Тут я думаю ресторанов как минимум штук пять, а то и больше, — важно заявила Арина. — Плюс всякие кафешки и пивнухи, наверное, есть ночной клуб. Но, естественно, там будут обслуживать за деньги, а спортсменов будет кормить только один рестик. Пойдём искать. Тот мужик сказал, что он находится на первом этаже.
— Люська! С чего ты такая важная? — с ехидством спросила Соколовская. — Всё, что у тебя ни спросишь, всё-то ты знаешь, всё умеешь, обо всём в курсе, есть своё мнение. Ты же за границей никогда не была!
— Просто надо иметь голову, а не тыкву на плечах! — с большой важностью ответила Арина. — Мы с тобой уже в третий раз за границу поехали за последние полгода, уже можно и выучить здешние порядки и как тут всё устроено. Даже если где-то есть мельчайшие нюансы, то основной принцип один.