Настроение было прекрасным, под стать солнечному дню. Подкалывая друг друга, подружки поднялись, осторожно, чтобы не потянуть мышцы, сделали парную зарядку и сходили в душ. Арина сразу же стала пробовать международную связь: в Екатинске сейчас примерно 19 часов, да и день выходной, родители должны быть дома и наверняка смотрят фигурное катание.
Арина набрала восьмёрку, международный телефонный код СССР, потом, услышав сигнал, добавила код города Екатинска, снова получив сигнал, набрала свой телефонный номер. Услышав, как пошли гудки, чуть не запрыгала от восторга. Есть! Товарищ Ельцин сдержал своё слово! Можно звонить домой из любой точки Земли!
— Алло! Кто там? — раздался в трубке слегка недовольный голос мамы. — Это так срочно? Мы вообще-то соревнования по фигурному катанию смотрим!
На удивление, голос мамы в трубке был прекрасным, намного лучше, чем иногда слышатся местные звонки в Екатинске. То ли сказывалось то, что у международной связи максимальный приоритет, то ли то, что в Америке телефонное оборудование нового поколения. Во всяком случае, сложилось такое впечатление, что мама находится где-то рядом.
— А это и есть фигуристка! — засмеялась Арина. — Привет, мам!
— Что… Как… Люда, это ты? — недоверчиво спросила Дарья Леонидовна. — Как это может быть? Ты где? Ты же должна быть на соревнованиях!
— Мама, я и так на соревнованиях! — радостно ответил Арина. — Я звоню тебе прямо из Америки! Прямо из гостиницы! Тут можно!
— Точно можно? — в голосе мамы воедино смешались радость, недоверие, сомнения и ещё целый сонм разных чувств. — Тебя не заругают?
— Никто не заругает, мам! — уверенно ответила Арина. — Отсюда даже журналисты звонят! Всем пофиг! Вы что там делаете с папой? Как здоровье?
— Всё хорошо! — наконец расслабилась Дарья Леонидовна. — Сходили сегодня утром за почтой, взяли почитать Советский спорт, а там такая статья, прямо молния! Сейчас все фигурное катание смотрят! Весь город опустел. Даже на улицах никого нет. Дети и те домой забежали. Анька и та ускакала. А ты когда будешь кататься?
— Ещё нескоро, мам! — заявила Арина. — Мы ещё в номере прохлаждаемся, у нас же тут утро, 10 часов. Ещё даже на завтрак не ходили. Сейчас сходим на завтрак, будем готовиться к старту.
— Ну что ж… Что хочу сказать тебе, дочка… — неожиданно погрустнела и всхлипнула мама. — Желаю тебе всего наилучшего, катайся так, как тебе нравится, а мы будем переживать за тебя и болеть!
— Переживать и болеть за меня не надо! — уверенно ответила Арина. — Не на корову играю. У меня нормальное настроение, со здоровьем всё хорошо. Всё, короче, на полном контроле!
— Молодец! Сейчас подожди, отца позову! — заявила Дарья Леонидовна. — Саша, подойди сюда, здесь Люда звонит!
— Люда? Как это? — раздался удивлённый голос отца и стало слышно что он взял трубку. — Люда, это ты? Ну, привет, малышка! Я уже не спрашиваю, как ты звонишь и откуда, надеюсь, всё будет хорошо. Желаю тебе всего самого лучшего. Выступай чисто, побеждай! Ждём дома!
Потом Арина ещё несколько минут поговорила с родителями, потом сказала, что, пожалуй, хватит и попрощавшись, положила трубку.
— Маринка, а ты будешь звонить? — спросила Арина у Соколовской, лежавшей на кровати, закутавшись в халат и с ироничным видом качавшей ногой.
— А куда мне звонить? — усмехнулась Соколовская. — Разве что к себе на квартиру. Так там всё равно трубку никто не возьмёт. А отцу я не хочу звонить, он занимает руководящую должность на режимном предприятии. Я не хочу, чтобы из-за меня у него были проблемы. Тебе бы я, Люська, тоже не посоветовала звонить. Так ты же всё равно бы не послушала. У тебя отец-то тоже на этом же заводе работает.
— Пофиг! — махнула рукой Арина. — За нас Ельцин и партия!
— Тогда почему ты на чёрной «Чайке» не ездишь и красную икру с севрюгой в спецраспределителе не получаешь? — рассмеялась Соколовская и запустила подушкой в Арину. — Ты никто! Танцулька на коньках!
Естественно, такую наглость Арина не могла стерпеть и бросилась бороться с Соколовской, которая, как ни цинично это звучало, конечно же, была права. Уж ей-то ли не знать все раскладки по номенклатурной жизни… Впрочем, Арине было пофиг! Номенклатура ты или нет, защекотать можно любого!
Затеялась весёлая возня, которая прекратилась только через 10 минут, когда соперницы на льду и в жизни немного запыхались. Потом сделали мировую и решили идти на завтрак.
… В ресторане народу было намного меньше, что вчера: уже начались соревнования у парников и танцоров, поэтому многие фигуристы и тренеры присутствовали в ледовом центре. Представители делегаций, судьи, ответственные лица тоже находились на ледовой арене, поэтому подружки начали завтрак в гордом одиночестве. Позже присоединилась Линда.