— Это номер про то, как две туристки, танцовщицы, приезжают в канадскую глубинку и встречают злую куклу-клоуншу в лице Линды, но потом она становится доброй, и мы все вместе начинаем танцевать! — со смехом заявила Арина.
— Ну что ж, это прекрасно! — заявил Ларсен. — Номер у вас получился очень позитивный. Скажите, а сколько стоит поставить этот новый номер у знаменитых хореографов? Ведь, наверное, вы не сами его сделали?
— Нет, мы сделали его сами! — с гордостью сказала Арина и показала на Линду. — А придумала его вот эта замечательная девушка по имени Линда Флоркевич!
Снова раздались громкие аплодисменты и восторженные крики. Внимание Ларсона переключилось на Линду.
— Линда, честно говоря, я поражён, тебе довольно мало лет, но ты при этом ставишь такие великолепные номера! — с восхищением сказал Ларсон. — Как ты думаешь, этот номер войдёт в анналы фигурного катания? Будут зрители его пересматривать и по нему изучать то артистическое искусство, которое у тебя есть в избытке?
— Безусловно, этот номер будут пересматривать, и не один, а тысячу! — рассмеялась Линда. — Кстати, хочу выразить свою благодарность всем зрителям, которые болели и переживали за нас. Ребята, вы самые лучшие! Спасибо вам огромное за всё!
Зрители отреагировали на это заявление ещё более громкими аплодисментами и восторженными криками.
— Ну что ж, ещё раз благодарю вас за всё, — сказал Ларсон и повернулся к Брайану. — Брайан, уж не заскучал ли ты? Хочешь на лёд? Как настроение? Ты уже придумал, как будешь принимать овации — скромно кланяться или эффектно упадёшь на колено, раскинув руки? Ведь тебе они наверняка не светят после той феерии, что устроили девушки!
— Естественно, хочу на лёд! Но, как я вижу, тебе, Джонни, до меня нет дела! Ты полностью запал на троих моих коллег! — пошутил Бойтано. — Аплодисменты же я буду просто вымаливать, встав на колени!
— Но ты же, как настоящий джентльмен, терпеливо ждал своей очереди! — весело сказал Ларсон. — Я, кстати, не слышу криков твоих болельщиков. Ребята, а вы что замолчали? Вы перешли на сторону Хмельницкой и Флоркевич?
По трибунам пронеслись смешки, чуть позже переросшие в дружный хохот и свист зрителей, перемежаемые аплодисментами.
— Громче! Ещё громче! Вооот тааак! А теперь встречайте! Последний участник нашего великолепного шоу! Брайаааан Бойтаноооо! — громко сказал Джон Ларсон. — Приветствуем нашего американского чемпиона!
Надо отдать должное Джону Ларсону, как опытный шоумен он понимал, что публика сейчас на взводе от тройного номера Хмельницкой, Соколовской и Флоркевич, и Брайану будет тяжеловато перебить такие овации, поэтому затеял небольшое интервью с Людой и Линдой, чтобы сбить накал, а потом, перевёл её внимание на Брайана, вставил пару шуток, а потом с большим пафосом объявил его выход. Естественно, зрители начали громко кричать и аплодировать при виде своего спортсмена, полностью переключившись на него.
Брайан Бойтано при ярком соревновательном свете выехал на лёд и остановился у калитки в картинной позе: опёршись обеими руками о бортик и скрестив ноги, при этом опустив голову с мексиканской шляпой. Свет приглушился, стал тёмно-синим. Крики и аплодисменты зрителей стихли.
Заиграла громкая и очень энергичная мексиканская песенка «Кукарача», с обилием духовых инструментов, гитар, скрипок и погремушек маракас. При первых звуках Брайан резко поднял голову вверх и сделал активную пробежку к центру арены, широко разведя руки в стороны. Там остановился, сделал быстрый пируэт и вошёл во вращение либелой. Потом сделал очень потешное выражение лица, быстрыми широкими дугами разогнался к правому короткому борту, развернулся задними перебежками и покатил к центру арены, где с ходу прыгнул тройной аксель с рукой наверх. Неудачно! Фигурист поскользнулся и упал на лёд, коснувшись его обеими руками. Трибуны дружно ахнули, почти заглушив музыку. Вот это нежданчик! Очевидно, что Брайан хотел удивить зрителей, чтобы о нём оставили хорошее впечатление, и решил сделать элемент ультра-си, да ещё и редкий, который он только иногда прыгал: с одной рукой наверх. Но дело это при таком тусклом свете очень опасное, поэтому фигурист не докрутил чуть не половину оборота, на прямых ногах врезался в лёд и очень травмоопасно свалился на правое бедро.
Брайан встал, с досадой махнул рукой и пошёл дальше по прокату. Больше он не рисковал, не делал элементы, которые могут ему навредить. Прыгнул ещё два прыжка: двойной сальхов и двойной аксель. Исполнил несколько вращений. В середине программы был прекрасный и очень креативный участок, когда музыка стихла, освещение приглушилось, перейдя в абсолютную темноту.