Другой вид амортизаторов был без груза: два вращающихся пояса, скреплённых резиновым жгутом. Этим устройством одиночники и одиночницы цеплялись с тренером и учились исполнять программу по заданной траектории. Тренер как бы вёл фигуриста на поводке рядом с собой. Также тренеры учили фигуристов исполнению идеально ровных окружностей, цепляя к себе фигуриста и проводя его на резинке вокруг себя. Со временем этот навык закреплялся, и фигурист мог исполнить идеально ровную окружность самостоятельно, очертив её, словно циркуль.
— Так! Кто у нас самый сильный? — Ксенофонтов приподнял груз на поролоне и посмотрел на фигуристок.
— Не я! — пискнула Арина, увидевшая, что на неё уставились абсолютно все.
— Ты! — сказал Ксенофонтов. — Давай, попробуй фигуры. Сначала без груза, потом с грузом.
— Люда, нужно попробовать! — велел Левковец. — Игорь Борисович правду говорит. Попробуй сначала на полном контроле проехать обязательные фигуры без отягощения, потом с ним.
Арина попробовала проехать крюк, выкрюк и параграф сначала на одной ноге, потом на другой, и получилось, мягко говоря, неважно. Проблема была такая же, которая бывает, когда лёд слишком жёсткий. Дуги получались не с равным радиусом: ближе к концу секции ребро вываливалось наружу, и радиус получался больше, чем в начале. Исправить это могло только снижение скорости и повышение мышечной отдачи на голеностопе, но Арина, проехав опытным путём несколько раз все секции фигур, уже знала, что снижение скорости в данном случае не подойдёт: она становилась совсем маленькой, до неприличия, а увеличение мышечной силы и нажима на лёд вело лишь к соскальзыванию с ребра.
Ксенофонтов осторожно вышел на лёд, застегнул на Арине кожаный пояс и показал поролонку.
— Здесь по весу, кажется, всего пять килограммов, — сказал тренер. — Попробуй покаться так. Этим весом, похоже, мальчишки из юниорского клуба тренируются. Ну-ка, и ты попробуй… Сильно не гони, но и не вставай, иначе дёрнуть груз с места может потребовать усилия.
Арина сначала скептически отнеслась к этой затее, но, проехав секцию фигур, убедилась в обратном. Когда начинала исполнять секцию, резина натягивалась, и груз не оказывал почти никакого воздействия, но потом он всё-таки плавно трогался с места и начинал давать нагрузку, тормозя избыточное усилие на выходе из секции, и тянуть к себе, обратно: дуга получалась более ровная. Проехав туда и обратно несколько раз, Арина осталась довольна.
В её время обязательные фигуры не исполняли на соревнованиях, поэтому такая тренировка была бессмысленной. А здесь — пригодилась. Хотя, даже в её времени, при тренировке шагов и увеличении разгонов, эта приблуда могла быть полезной!
— Нормально! — сказала Арина. — Сейчас я покатаюсь, потом пусть кто-нибудь из девчонок.
Через несколько минут Арина почувствовала, что начала уставать, и отдала резинку с грузом Соколовской, а сама стала заниматься привычным делом — прыжками. Начала, как обычно, с перекидного и одинарных прыжков, плавно перейдя к двойным. Попрыгав какое-то время, убедилась, что все двойные прыжки получались прекрасно, в том числе и дупель.
Тройные она решила прыгать под конец тренировки. Впрочем, он настал быстро, с такой-то суетой…
В половине девятого Арина снова попробовала выполнить фигуры, и на этот раз, по ощущению, они получились получше — скатывание наружу хоть и было, но уже не такое весомое, как до этого. Значит, тренировку с грузом нужно продолжить и завтра. Это может оказаться полезным.
Под конец тренировки следовало попробовать прыгнуть тройные. На каскады Арина решила пока не размениваться и попробовать их завтра. Но кто знает, как пойдёт тренировка? Вдруг она почувствует в себе силы прыгнуть каскад в моменте?
Решила начать с самого сложного. На тройной лутц следовало разогнаться получше, и Арина стала заходить на него от правого короткого борта к левому, по траектории буквы S. Ещё в процессе захода почувствовала, что при увеличении скорости разбега коньки начинают плохо держать рёбра. Это могло грозить бедой как при отталкивании, так и при приземлении! Поэтому, чтобы исключить такие негативные факторы, приходилось все фазы прыжка исполнять на полном контроле, как будто впервые разучивает его.
«Раз» — разворот на дугу «назад-наружу» на левой ноге. «Два» — постановка левой ноги на внешнее ребро, наклон тела вниз и вытягивание правой ноги по направлению «назад». «Три» — удар правым зубцом о лёд и отталкивание левой ногой. «Четыре» — крутка. «Пять» — приземление на правую ногу, в ласточку, вытянув левую ногу вверх и назад, а руки в стороны. Едва Арина успела зафиксировать выезд в ласточку, и даже успела проехать около метра, как почувствовала, что слетает с ребра — скорость была порядочная, а угол наклона ко льду слишком крутой. Уже падая, постаралась амортизировать рукой, ни в коем случае не держа её прямой: это грозило разрывом локтевых связок.