После идеально исполненного вращения Арина стала заходить на тройной лутц. Сделала чисто и его, причём прыжок получился эталонный, как у Камышевой, ученицы Гришина в её времени. Как по учебнику! После лутца исполнила дорожку шагов на очень высоком уровне, потом прыгнула двойной аксель, опять напротив калитки, развернулась и прямо в центре исполнила два вращения: заклон и прыжок в либелу через бедуинский. Закончила программу точно по таймингу, прямо в центре арены. Наградой были аплодисменты от подруг по команде и тренеров.
— Люда, молодец! — крикнул Левковцев. — Езжай отдохни, дай девчонкам лёд!
Арина вдруг с удивлением ощутила, что она почти не устала. Несмотря на прокатанную короткую программу, она чувствовала, что в силах откатать ещё столько же. Естественно, делать это не стала, но на ум взяла, что всё-таки тренировки шли в постоянный плюс. Тело прокачалось и подготовилось к большим нагрузкам. Началось это, конечно же, не сейчас, а ещё в Екатинске, но хороший прогресс был налицо. Это значило, что её мышцы и мозг хорошо адаптировались и работали сейчас в одной связке вместе… С её весом! Точно в таком же состоянии можно было прямо после чемпионата мира начинать тренировать тройной риттбергер, пока не сбросилась форма.
Арина освободила лёд и стала наблюдать за Соколовской и тут же заметила, что и она начала катать на контроле. Марина, получив щелчок по лбу от неведомого фигурнокатательного бога, сразу же угомонилась и с первого раза исполнила короткую программу так, как от неё и ожидали.
После окончания проката смеха ради помахала руками воображаемым болельщикам, вышла со льда и села рядом с Ариной.
— Молодец, Марина, очень хорошо, — похвалил ученицу Левковцев, похлопав её по плечу. Соколовская расплылась в милой застенчивой улыбке, окрасившей её нежные белые щёчки в розовый румянец.
Арина знала, что Соколовская очень восприимчива к похвале и очень любит её, поэтому приобняла, и шепнула в ухо:
— Ты прямо как звезда!
Довольная Соколовская ещё больше расплылась в довольной улыбке и похлопала Арину по бедру:
— Ты тоже очень хороша, чемпионка.
И тут же добавила:
— Но только в этом году.
Малинина ожидаемо откаталась чётко и чисто. Арина помнила, какой она была на чемпионате Свердловской области, и совершала небольшие, но ошибки. На первенстве СССР она выдала два чистейших проката. И сохранила стабильность до нынешнего времени. Это значило, что Таня наращивает форму. Ни ошибок, ни малейших помарок сегодня не было. Она прибавляла в мастерстве. И это тоже значило, что в межсезонье она наверняка прибавит в мастерстве, взявшись учить новые для себя прыжки.
В целом, тренировка короткой программы получилась очень продуктивной. Все три фигуристки откатали прекрасно. И тренеры сказали, что завтра будут контрольные прокаты произвольных программ, что сулило трудности поболее нынешних. Особенно это касалось Арины. От неё потребуется откатать произвольную программу повышенной сложности, с шестью тройными прыжками. В это время в 1986 году это не делал никто…
… В Главном разведывательном управлении Генерального штаба ВС СССР, что находилось в Москве, по Хорошёвскому шоссе, 76, сегодня было весело. Но веселились только в кабинете начальника отдела специальных операций, полковника Егора Дмитриевича Вахромеева.
В невзрачном кабинете без таблички, в самом конце коридора на первом этаже, за пустым письменным столом сидел седой гладко выбритый человек в форме полковника советской армии. Вахромеев курил Беломорканал, погружая кабинет в терпкий синий туман и негромко смеялся, свободной рукой перелистывая страницы 12 листовой тетради в клетку, исписанные чётким убористым почерком. В кабинете из обстановки почти ничего не было, только за спиной полковника стоял открытый сейф, в котором подозрительно блестели некие предметы, похожие на отполовиненную бутылку Столичной и два граненых стакана. На скромной стене с деревянными панелями висели фотографии Жукова, Ворошилова и Рокоссовского. Между Жуковым и стеной было пустое пространство, в котором могла бы поместиться ещё одна фотография, и капитан Федотов, сидевший напротив начальника, почему-то был уверен, что раньше здесь была фотография Иосифа Виссарионовича Сталина.