Естественно, они привлекали на себя много внимания. Особенно несовершеннолетних фигуристок, которым только-только исполнилось 14 лет и которые уже имели право кататься по юниорам. Например, какими были японки и китайская спортсменка, которые смотрелись сущими детьми по сравнению с этими великовозрастными дамами.
— Малинина Татьяна, Советский Союз, — объявил Никол Смит.
Таня была очень взволнованная. Встав, она огляделась, увидела что на неё смотрят сотни глаз, и ещё больше разволновалась, неуверенной походкой пошла к барабану. Вот всё-таки была у неё такая слабость: в простой ситуации могла поплыть. Арина помнила, как она переживала за своего одногруппника Коляна Старостина и чуть не сдала бронзу чемпионата Свердловской области, только в последний момент сумела взять себя в руки. Да и то, Арина в этом ей сильно поспособствовала втыком и внушением. Что же сейчас-то она волнуется? Что переживать? Ничего плохого не произойдёт, разницы почти нет, какой номер получишь. Разве что фора добавится. Сам по себе стартовый номер ничего не значит. Даже достанься он самый первый, хуже кататься ты не будешь.
— Здравствуйте, Малинина Татьяна, — всё так же улыбаясь, сказал Никол Смит и показал на барабан. — Крутите и берите свой стартовый номер.
Таня несколько раз крутанула барабан, потом сунула руку и достала кролика. Посмотрев на табличку, сильно разочаровалась: Арина увидела это по её лицу. Таня подала кролика Николу Смиту, подождала, пока он его отдал мужчине, который занёс данные в протокол, расписалась в протоколе, взяла кролика и прошла на своё место. Лицо её было бледным, как будто она миллион долларов проиграла в рулетку.
— Какой номер? — поинтересовалась Арина.
— Номер 5, время выступления 10:50, — упавшим голосом ответила Таня. — Так и знала, что не повезёт! Мне никогда не везёт! Зачем я сюда приехала???
Видя, что воспитанница вот-вот может разрыдаться, так как её подвижная психика берёт над ней верх, Ксенофонтов погладил девушку по плечу и прижал к себе.
— Таня, а ну перестань! — негромко, но уверенно сказал тренер. — Мы сюда не в рулетку приехали играть и не в лотерею. Что за ерунда? Ты спортсменка и приехала соревноваться. Приехала показывать то, что ты умеешь. Неужели ты позволишь какому-то слепому случаю, слепой судьбе взять над собой верх? Твоё дело — откатать обе программы чисто. Если ты откатаешь их чисто, на эмоциях и без ошибок, никаких претензий к тебе не будет ни от кого, пойми ты это, девочка.
Такими простыми словами Ксенофонтов сумел утешить свою ученицу, и она снова заулыбалась, покраснев. Теперь ей было уже неловко, что на неё нашла минута слабости и все окружающие видели её. Впрочем, и Ксенофонтов, и Левковцев знали, что они работают с подростками, у которых очень подвижная психика и которые могут как выдать прокат жизни, так тут же всё подряд завалить. В том числе это касалось и морального состояния. Мельчайшее событие могло выбить из колеи фигуристку, и в то же время одно правильное, ко времени сказанное слово могло дать ей мощный импульс к победе.
Пока утешали Малинину, подошла очередь жеребьёвки для Соколовской, которая сидела, закинув нога на ногу, и болтая ей, в то же время сложив руки на груди и нагло посматривая по сторонам. Её ничего не могло бы отвлечь и вывести из себя! Пфф! Она тут зе бест!
— Соколовская Марина, Советский Союз, — сказал товарищ Никол Сплит.
Не было на этом чемпионате человека увереннее и надменнее Соколовской! Всем своим видом она показывала полную независимость и пренебрежение ко всем присутствующим здесь. Никакого волнения или переживания в Соколовской не ощущалось. Она была уверена, что лучше всех. Поэтому, небрежно ступая по полу, девушка подошла к барабану, сунула в него руку и тоже не стала крутить, как Арина. Вытащив первого попавшегося кролик, она протянула его Николу Сплиту, даже не посмотрев, что на нём написано.
— Здравствуй, Соколовская Марина, — улыбнулся Никола Сплит. — Неужели тебе не интересен твой стартовый номер?
— Для меня нет разницы, какой там номер, — ответила Соколовская на удивительно чистом английском языке. — Я приехала сюда… хорошо выступить, и кролик не имеет абсолютно никакого значения в этом деле.
Смысл высказывания был в другом, и Арина это почувствовала. Марина хотела сказать, что она приехала выигрывать чемпионат, но, когда начала говорить эту фразу, намеренно исказила её, чтобы не вызвать к себе много негативных эмоций, что могло плохо сказаться на результате. Всё-таки за прошедшие пару месяцев, что Арина занималась в группе Левковцева, Соколовская стала чуть умнее. Она понимала, в каких случаях можно идти напролом, а в каких нужно придержать коней. В данном случае переигрывать не стоило. Перед соперницами, которые неизвестны тебе и от которых можно ожидать много гадостей, гнуть пальцы не стоило.