— Линда Флоркевич, Канада, за прокат короткой программы получает за технику 4.5 балла, за артистизм 4.5 балла, — объявил информатор. — И на данный момент занимает первое место.
Арина посмотрела на табло — канадка ожидаемо заняла первое место, опередив и Малинину, и Соколовскую. Впрочем, что случится именно так, Арина даже не сомневалась. Она смотрела на прокат Флоркевич — фигуристка не допустила ни одной ошибочки как в техническом, так и в хореографическом плане. Придраться было не к чему. Канадку следовало бить только высочайшей техникой, иначе ничего не получится…
Объявление оценок Линды Флоркевич было встречено бурными аплодисментами и приветственными криками зрителей, которым очень понравилась канадская фигуристка. И это объявление и реакцию зрителей на него как раз слышала Арина! Обидно слышать высокие оценки соперницы, прокатавшей чисто. В её времени многие нестабильные фигуристки прибегали к простому и надёжному способу уйти от негативных эмоций, вызванных высокими оценками соперниц: при объявлении оценок закрывали уши ладонями, чтобы не слышать их. Естественно, Арина считала это несерьёзным отношением к своему делу. Опасаться соперника, с которым соревнуешься, и бояться его оценок просто смешно.
— Для исполнения короткой программы на лёд приглашается Людмила Хмельницкая, СССР, — объявил информатор.
Объявление было встречено громкими аплодисментами и пожеланиями счастья от болельщиков на многих языках. Они, пожалуй, по интенсивности были такие же, которыми приветствовали Линду Флоркевич. Настала кульминация всей короткой программы. На арене должны были сойтись две сильнейших фигуристки чемпионата и показать, кто из них лучше, и этот факт ещё больше заводил трибуны.
Арина поехала к центру арены, сделала там круг, описала небольшую дугу, потом ещё одну, очертив посреди арены восьмёрку, и приветствуя зрителей взмахами рук. Потом остановилась в центре, заняв стартовую позу. Шум стих и воцарилась полная тишина. Кто-то тихо кашлянул в дальних рядах и это было прекрасно слышно.
… Вечереет. Тягостный закат ложится на грешную землю, выжженную войной и неодолимым колдовством. Безжизненная местность состоит из невысоких гор, словно испепелённых небесным огнём. Редкие деревья давно высохли и скрючились в безнадежной попытке урвать хотя бы каплю влаги из истощённой земли. Небо застилают тучи самых причудливых очертаний, в которых угадываются какие-то демонические рожи и чудовищные твари. Тучи вращаются в вечном хороводе и втягиваются в какую-то небесную пучину, из которой вниз падает сумрачный кроваво-красный свет. В этой бесконечной цикличности угадывается что-то настолько неземное и противоестественное человеку, его натуре, его жизни, что на сердце невольно ложатся страх и тоска.
Под адским водоворотом на высокой уродливой скале возвышается нереально громадный замок, сложенный из циклопических чёрных камней, подогнанных с ювелирной точностью, невзирая на их прихотливые очертания. Окна замка пустые, тёмные, и не видно ни лучика света, доносящегося от них. Звуков тоже нет, тут всё умерло.
Замок Кощея, великого демона этого грешного мира. Люди стараются держаться от него подальше, но Иван-царевичу нужно идти именно туда. Только там, в зачарованном саду, растут золотые яблоки, которые ему нужно сорвать. А охраняет их, огненный демон: Жар-птица, коварная девица. Но ничего ни поделать… Надо идти… Иван-царевич проверил кольчугу, крепление шлема, вытащил меч, покрытый светящимися рунами, и смело пошёл в обитель зла.
Ворота, ведущие в чудовищный замок, не заперты, вход сюда открыт любому. Но на всём протяжении скорбного пути по бокам поломанных каменных плит древней дороги, в самых разнообразных позах застыли окаменевшие фигуры воинов, когда-либо осмелившихся прийти сюда и вызвать Кощея на смертную битву. Некоторые фигуры отдают временами древними и почти сказочными. Самые первые воины одеты в звериные шкуры и в руках держат каменные топоры.
Наверху, прямо посреди каменной площади, за золотой оградой, словно оазис посреди безжизненной пустыни, разбит волшебный сад. Деревья в нём питаются душами падших воинов, их плотью и кровью. Посреди сада растёт громадное дерево с серебряными листьями, на котором висят большие золотистые яблоки, источающие яркий свет. На другом дереве, в углу сада, у разваленной башни, сидит какое-то неземное существо, закрывая себя яркими золотыми крыльями. Посреди сада тоже много фигур окаменевших воинов, словно закрывающих лицо от какой-то неодолимой напасти, погубившей их. Иван-царевич знает, что огненный взгляд жар-птицы опасен. Смертные от него превращаются в камень, но ему нужно яблоко, и нужно как-то одолеть Жар-птицу и забрать у неё перо. Существо, сидящее на дереве, начинает распахивать громадные крылья в стороны, и от его лица идёт слепящий неистовый свет.