На плакатах и баннерах ниже надписи нарисована красивая фигуристка-одиночница, исполняющая шикарный бильман. Девушка, которая выступила моделью для рекламной фотосессии — югославская фигуристка Желька Чижмешия. Несмотря на то, что заняла она на этом чемпионате лишь восемнадцатое место, югославы болели за свою единственную спортсменку неистово и также неистово переживали при её неудаче. Вся страна наблюдала за ней и, несмотря на занятое 18 место, Желька стала чуть ли не национальной героиней. Даже то, что она попала в произвольную программу, считалось поводом для гордости. По регламенту, выступать в показательных выступлениях должны были фигуристы, занявшие места с 1 по 5, но совершенно естественно, что Желька тоже была заявлена на это представление.
...На 10 утра федерация фигурного катания Югославии в лице товарища Никола Сплита назначила организационное собрание, посвящённое этому приятному для болельщиков и фигуристов событию. Об этом во время завтрака сообщил глава советской делегации, председатель центрального комитета Федерации фигурного катания СССР Валентин Игоревич Шеховцов, зашедший в ресторан в компании Аллы Ивановны Писеевой.
— Ребята, девчата, — ворочая головой от одного столика к другому, от парней к девушкам, обратился Шеховцов. — Сегодня в 10 утра, через час, в пресс-центре ледового дворца состоится общее собрание, посвящённое сегодняшним показательным выступлениям.
— Спасибо, что предупредили, мы придём, — поблагодарила Арина.
— Не забудьте кассету со звуковым сопровождением, — предупредил Шеховцов. — У вас будет тот самый показательный номер втроём, что вы на первенстве Союза исполняли? Там ещё музыка составная из двух частей?
— Мы... — Арина растерянно посмотрела на Соколовскую, потом на Малинину и вдруг поняла, что они ещё не говорили на эту тему. Да и вообще... Взял ли кто-то реквизит для этого номера?
Естественно, реквизит: обрезанный плащ, шляпу с самодельными дредами и накладные усы — никто не взял. Так далеко, до показательных выступлений они, будучи в Москве, естественно, не загадывали. Они же не предполагали, что здесь тоже будет гала-концерт, да и вообще были не в курсе, разрешён ли местным регламентом тройной показательный. Кажется, реквизит остался в Москве, в их личных вещах, оставленных в кабинете Шевцова в здании Федерации. И как сейчас быть?
— Мы будем исполнять тройной показательный! — решительно сказала Марина. — Если правилами предусмотрено и организаторы разрешат его исполнять.
— Хорошо! — кивнул головой Щеховцов. — Жду вас на собрании. Там и заявим организатором о вашем выступлении.
Шеховцов с Писеевой ушли, а фигуристки остались заканчивать завтрак, и первым делом у Арины появился вопрос к Соколовской, где она намеревается брать реквизит, если разрешат тройной номер.
— У болельщиков, у кого ж ещё, — пожала плечами Марина. — Спросим, есть ли у кого старый плащ и шляпа. Я не думаю, что кто-то откажет.
— У каких болельщиков? — с недоумением спросила Арина. — Здесь же нет интернета! Это... Такая штука... Неважно! Как ты бросишь клич, что тебе нужна помощь? Времени абсолютно не осталось. Нам уже сейчас надо быть твёрдо уверенными, что реквизит будет, чтобы заявляться на номер. Так что нет, твой вариант не подходит. Есть ещё один вариант: обратиться к дяде Саши Федотову. У него есть шляпа и плащ, этого достаточно.
— Ты что, возьмёшь плащ, в котором он приехал? — рассмеялась Соколовская. — Кто ж тебе даст свою хорошую одежду?
— А мы возьмём на время, — напомнила Арина. — Мне кажется, с этим проблем не будет. Вот с накладными усами — да, может быть.
— Я видела театральную маску с усами и носом на резинке, — неожиданно сказала Малинина, — среди своих подарков. И вообще, мне кажется, стоит посмотреть в мешках. Может быть, там найдётся то, что нам нужно?
Тут Арина и Соколовская посмотрели друг на друга. А ведь точно, так и есть. Они вчера только посмотрели дорогие призы, которые им подарили организаторы, а то, что набросали болельщики, так и стояло в комнате в огромных мешках.
После завтрака пришли в номер и разложили подарки, которые болельщики бросали на лёд. Нашли большой карнавальный плюшевый цилиндр красного цвета, который Арине подозрительно напомнил те, которые носили её болельщики в современное время. Что должен был начать этот цилиндр, непонятно, возможно, просто оказался куплен из-за относительной дешевизны. Нашли и ту самую маску, о которой говорила Малинина. Карнавальная маска была с очками, красным носом картошкой и метёлкой усов под ним, к лицу крепилась на резинке, пропущенной за ушами. Крутотень! То, что надо!