Виктория согласно кивнула головой, взяла со столика, стоявшего у выхода с катка, большой блокнот и начала листать его. Люда пошла вместе с Левковцевым к аудиоаппаратуре, которая стопкой возвышалась на столе, за которым обычно сидели судьи на чемпионате города. Там стояли два усилителя «Корвет» и двухкассетная дека «Нота-220». Левковцев включил аппаратуру, сунул кассету в первый подкассетник и включил воспроизведение. Сразу же на весь каток зазвучала громкая забойная мелодия сальсы. Фигуристы, стоявшие рядом с Викторией, оглянулись, посмотрели на Арину и Левковцева, засмеялись и неожиданно начали раскатываться по льду, одновременно исполняя какие-то дикие танцевальные движения папуасов.
— Видите, как зажигательно получается! — рассмеялась Арина. — Погодите, ещё вся наша группа захочет под это кататься.
— Да, действительно, это звучит неплохо, — задумчиво сказал Левковцев. — Сколько здесь по времени?
— Я ещё не считала, — призналась Арина. — Но мне кажется, в начале эта музыка звучит более разнообразно, чем в конце. Есть очень яркие акценты, в которые можно поставить элементы. Нужно отсчитать две с половиной минуты с начала и обрезать на этом. В конце мелодия становится однообразная.
— Хорошо, сейчас я сделаю это, — согласился Левковцев.
Тренер взял из ящика стола лежавшую там кассету BASF, сунул во второй подкассетник, перемотал первую кассету на начало, поставил счётчик ленты на ноль и включил на деке запись. Через две с половиной минуты фонограмма уже была готова. Качество было прекрасным, ничуть не хуже, чем на оригинале.
— Хорошо звучит, — уважительно сказала Арина.
— Эта дека очень качественная, да ты и сама знаешь. — рассмеялся Левковцев. — Сейчас давай думать, как будем компоновать программу.
— Я думаю, стоит немного отойти от общепринятых планов программ, — заявила Арина. — Я пока акценты не могу уловить, но, кажется, начало программы будет стандартным: на первых секундах немного танца в центральном круге, потом пара пируэтов, небольшая хореографическая дорожка, чтоб задать тон, потом я буду разгоняться на стартовый каскад тройной лутц — тройной тулуп. Прыгну его у левого короткого борта, потом, после выезда, сделаю ещё несколько пируэтов, потом ещё одна небольшая хореографическая дорожка, и после неё прыгну аксель. Потом исполню вращение со сменой ноги. После вращения сделаю несколько хореографических элементов и буду разгоняться к правому короткому борту, где прыгну тройной флип. После тройного флипа до левого короткого борта пройду дорожку шагов, после неё покачу к центру арены. Опять немного танцев и в конце последние два вращения: заклон и прыжок во вращении. Траектория будет такая же, как и на прежней программе. Что-то кардинально менять я бы не хотела. Это всё можно скорректировать по ходу сезона.
— А ты уверена, что программа будет смотреться по-другому? — Левковцев внимательно посмотрел на ученицу. — Чем она будет отличаться от Жар-птицы?
— Технически после каскада будет стоять аксель, потом вращение и флип, — возразила Арина. — Но основное различие будет в хореографии. Я буду танцевать сальсу, и использовать движения из этого танца. Поэтому нужно разгрузить от прыжков вторую часть программы, чтобы зажечь на ней.
— Тогда, возможно, тебе придётся где-то посмотреть, как танцуют сальсу. Я, честно говоря, редко встречал подобные танцы, — признался тренер. — Но у нас в городе при Доме пионеров есть студия бальных танцев «Точка опоры», можно проконсультироваться у них.
— Я... Знаю, как танцевать сальсу... — застенчиво сказала Арина. — Мне нужно лишь немного времени и... Немного свободного льда.
— Свободный лёд здесь и сейчас, прямо перед тобой, — решительно сказал тренер. — Давай пробовать сейчас, не обращай внимания на других. Я буду заниматься только тобой.
Набросок короткой программы у Арины уже был примерно готов. Он должен был начинаться очень игриво. Как только начинала звучать мелодия, Арина хотела изогнуться корпусом и бёдрами сначала влево, потом вправо, потом сделать несколько очень энергичных аллонже руками в разные стороны, имитируя сальсу. Хотя... Как пойдёт...
— Какая стартовая поза будет? — с интересом спросил Левковцев.
— Стартовая поза нужна такая, чтобы было сразу понятно, о чём программа! — заявила Арина. — Примерно вот так!
Она вывернула левую ногу и чуть согнула её в колене, так, чтобы было видно бедро. Правая нога при этом вытянута вправо и абсолютно прямая. Корпус подан влево, к левой ноге, левая рука лежит на левом бедре, а правая рука согнута в локте и прикрывает правую щеку. Поза была очень активная, летящая и стремительная даже в статике. И естественно, очень красивая. В ней сразу угадывалось нечто латиноамериканское, но при этом далёкое от аргентинского танго, в котором главное это прямые плечи и корпус.