В случае землян случился сбой. Я раскрыл присутствие Древнего на эксперименте и даже опознал в нём Тысячу Небес.
Сейчас я вижу за мутным барьером «Купола Тишины», как Двухмерный Колохари с каменным лицом выслушивает вердикт Законознатца. Эксперимент — его идея. И он же глава Ордена Колохари.
Вижу, как Каладрис прикрывает собой Леди Серебряную Луну. Тысячеглазый тычет в него пальцем и на повышенных тонах что-то говорит. Это ведь он, Охотник, нашёл информацию о «Сефироте» в архивах Унии. И нет! Его вины здесь нет. Это Древние плохо подчистили данные о «Сефироте» в архивах. Вот проблемы и выплыли.
Рядом с Каладрисом стоит Аталанта. Сейчас воительница с выражением полнейшего изумления слушала вердикт Тысячи Небес. Чёрное облако колыхалось, то вытягиваясь к ней на метр, то отплывая назад.
Дуротан в гневе бросился с топором на Легидия. Однако Древний, в буквальном смысле пошевелив пальцем, остановил Великого вождя. Тот впал в ярость, пытался вырваться из пут. Всё, что находилось ниже шеи Дуротана, сковало нечто, похожее на прозрачные кристаллы.
[Неправильно! Неправильно! Неправильно!] — внутри меня всё кипело от негодования.
…
Смотря на Древних и отчитываемых Высших, я вдруг стал видеть, слышать и ощущать то, что не передать словами… Знания о будущем и настоящем. Воспоминания о том, что я знать не должен, но почему-то знаю.
[Нерея!] — взгляд сам собой скользнул к любимой и сердце забилось чаще. — [Боги… Как же хорошо, что она жива.]
Дичайшая смесь из эмоций, знаний и воспоминаний о любимой на секунду захлестнули меня с головой. Все проблемы с Древними отошли на второй план… И даже этот инцидент с Красным Дождём казался чем-то несущественным на фоне того, как сильно меня тянет к ней.
[Плевать на Олимп, на Древних и Великие Катастрофы,] — смотрю на Нерею и чувствую, как сердце начинает биться ровно. — [Когда-нибудь я покажу тебе мир за Стеной, любовь моя!]
Стоило перевести взгляд на «Купол Тишины», как на меня нахлынул новый поток знаний… Воспоминания о будущем? Нечто такое, чего я не должен знать, но всё же знаю.
* Легидий и он же Легион «Мы» — архитектор Стены Древних и он же её строитель. Кристаллическая форма коллективной жизни… Во всей Унии нет ничего подобного ему. Сейчас он бесится оттого, что мы «Сефиротом» проделали в ней дырку.
* Законознатец — кластерная информационная форма жизни. Все ОНИ живут в потоках данных от Стены, доменов и интерфейсов Первопроходцев. В зависимости от того, какими данными питается тот или иной Законознатец, формируется и его субличность.
* Тысяча Небес — это тысячи голосов мира, слившихся воедино. Если есть разумная Воля Мира, то он — совокупность тысячи таких существ, слившихся воедино. Его стихия — это природные порталы и связь между мирами. По этой же причине Тысячу Небес привлекают адепты и сложные эксперименты, связанные со стихией пространства.
* И наконец, мой старый знакомый Тысячеглазый… Непостижимое уму создание, живущее по законам квантовой механики. Тысяча ЕГО копий бродит по мирам Унии, решает всевозможные спорные задачи. Каждая копия — это оригинал. А каждый оригинал — это копия с коллективной памятью. Он существо-цивилизация. Не такой могущественный, как другие Древние, но самый известных из них.
Тридцать Древних… Тридцать сверхсуществ, каждое из которых на порядки превосходит силу Древнего Божества.
…
Знания и ощущения, которым нет названия, вливались в меня бурным потоком. Я видел… Я слышал… Я знал, о чём прямо сейчас Древние говорят с представителями Комитета Силлы. Как знал и то, что им будет запрещено рассказывать об ЭТОМ.
— Довлатов? — на лице Нереи читалось беспокойство. — Муж мой… С тобой всё в порядке?
— Я…
Слова застряли в горле. Я ощутил-увидел будущее.
[Если расскажу сейчас о том, что видел… Меня убьют. Древние уже не раз и не два ошибались на предмет того, что в отношении меня увиденное ими будущее отличается от реальности.]
Прочистив горло, я повернулся к любимой.
— Михаил, — хмурясь, смотрю на Нерею. — Меня зовут Михаил. Любовь моя, мы теперь женаты! Не стоит обращаться ко мне по фамилии. Я ведь никогда не зову тебя Силла?
— Фи! Вот ещё, — фыркнув, Нерея отвернулась. — Довлатов… Миша… Когда говорят «Силла», всегда имеют в виду маму. Я же…
— Учёный, — киваю и нежно провожу рукой по талии супруги. — Говоря Нерея, я имею в виду конкретно тебя. Может, и ты будешь обращаться ко мне только по имени?