Шесть часов спустя
Эллоди, столица Атлантиды
Живой и ныне здравствующий король Баринбальд правил Атлантидой последние пятьсот пятьдесят лет. Тяжёлые выдались времена. Сегодняшняя попытка свергнуть монарха была уже третьей.
В первый раз, тогда ещё в семнадцать лет, принц Вальденвальд… Он же Вальден… Попутал берега и бросил отцу вызов на священном поединке. Месяц спустя, когда лекари поставили принца на ноги, он извинился… И затаил обиду.
Вторая попытка свержения монарха закончилась публичной поркой принца на площади Восстания… Отцовская любовь и тогда не дала монарху отнять жизнь у непутёвого дитяти. Сегодня случилась третья попытка.
— А-а-а! — орал попоглазый принц, которому и язык переместили в междометие.
— А-а-а! — поддерживали его криками соратники, прошедшие через то же наказание.
Глаза, язык, веки и хлопающие ресницы… Увидев вживую результат действия «семейного рецепта Довлатовых», монарх становился бледнее с каждой прожитой секундой.
[Тут хочешь не хочешь, а взгляды на жизнь придётся пересмотреть… Глаза-то теперь на ****. Да и язык там же.]
Атти… То есть Аталанта… Старшая дочь Баринбальда всегда грезила о том, что скрывается за горизонтом. А младший сын всю жизнь желал лишь трона.
[Власть ради ещё большей власти.]
И вот века спустя Аталанта вернулась в отчий дом и с лёгкостью сломила всё то, что Баринбальд так долго делал.
Наследный принц ей и в подмётки не годился. Причём в прямом смысле. Со своего трона отравленный монарх прекрасно видел, с какой лёгкостью Атти отделала Вальдена. Ещё и эта пламенная речь! Так могла говорить лишь дочь правителя.
«Даже будь ты десять раз членом правящей династии — никому не дозволено губить народ ради своих амбиций».
Власть пропитывала её слова! Такой Аталанта была и в прошлой жизни. Ей было мало трёх искусственных солнц, парящих над Атлантидой…
Мало крови правителей, даровавшей ей чрезвычайно сильное родство с пространством…
Мало роли принцессы самого большого Летающего Корабля в Унии. Речь ведь аж о целом Летающем Материке! Гордости и наследия всех атлантов.
Точнее, он был таковым до роковой битвы с Олимпом три тысячи лет назад. Тогда, в ходе кровопролитной битвы, погиб Ульдарен — могущественный техномант-ишвар [9] и прапрадед Баринбальда, заложивший основы огромного корабля.
В той битве Атлантиду спасло только отступление в Междумирье. Отец-основатель пал в бою из-за предательства… Уже в полёте на Атлантиде, летящей на всех парах, сработала одна из закладок Хроноса.
Через «Прыжок в Будущее» владыка Олимпа закинул мощное взрывное устройство в недра Корабля-Материка прямо к Истоку [9], питающему маной весь Летающий Континент. В итоге Атлантида раскололась на три части и стала дрейфовать по междумирью.
Так началась её Тёмная Эпоха. С тех пор дети атлантов рождались только под светом искусственных солнц, созданных из переделанных Источников огня [8].
Вскоре после той битвы трое из пяти выживших ишвар сбежали. Двое оставшихся заложили основы той Атлантиды, которая дожила до сегодняшних дней.
Шли века, сменялись поколения. На двух отколовшихся частях Атлантиды — Западе и Востоке — поселились монстры, привлечённые рукотворно удерживаемым астралом. Целые колонии сильных тварей стальной хваткой держались за эту территорию! Забавно то, что управляющие ими вожаки в ранге ишвар [9] оберегали Атлантиду от полного уничтожения. Монстры охраняли свою территорию, отгоняя всех прочих тварей, подходивших слишком близко. В свою очередь, Центральные Земли атлантов защищали двое защитников-ишвар. Потому на их земли «соседи» не претендовали.
Несмотря на условно-мирное сосуществование с монстрами, Атлантида постепенно деградировала. День за днём ветшали здания и слабел астрал. Мастерам пространства приходилось сгущать его около столицы Эллоди, чтобы сильные адепты продолжали рождаться и дальше.
Это приносило свои плоды! В астрале, независящем от Унии, продолжали появляться адепты с редкими стихиями. Пространство, малефики, техноманты, демонологи… Причём это случалось в разы чаще, чем в Унии и Пограничье. Последние пять веков Атлантида держалась за счёт уникумов, которые раз за разом сдерживали монстров… Но и они же всё чаще сбегали в Унию, ища свой путь в другую жизнь.
[В мир, где в небе светит нормальное солнце, а не искусственное.]