Довлатов кивнул на сломанную вазу в том же саду.
— К примеру, та штука из керамики сломалась сто лет назад… Сегодня революционеры её доломали. Где-то в астрале хранятся едва уловимые кусочки информации о том, как ваза выглядела сто лет назад и день назад. Я выбираю одну из этих меток по времени и область воздействия. Чем БОЛЬШЕ размер территории, тем проще восстановить МЕЛКИЕ детали. Соседние фрагменты хранят дополнительную информацию друг о друге.
Нерея с удивлением глянула в сторону парка. Там ваза собралась сначала до состояния, какой была день назад. Затем начала стремительно светлеть. Трещины на корпусе стали зарастать.
— Контроль «Отката времени»! — с удивлением произнесла она. — Ты ищешь даты… Некие метки во времени… Событие, до которого откатываешь состояние предмета.
Довлатов не ответил, с головой погрузившись в свою работу. По вискам целителя скатывались капли пота.
Прямо сейчас дворец Атлантиды преображался. Главное здание возвращалось к состоянию, каким его даже король Баринбальд не видел. Заново вырастали вырубленные деревья и клумбы. Восстановились тридцатиметровые статуи Атлантов Праотцов у главных ворот.
Появилось русло давно пересохшей речки… И она сама собой наполнилась водой. Из далёких-далёких времён «всплыл» знаменитый королевский пруд, в котором Баринбальд плавал в детстве.
Беседки в саду, фонари уличного освещения, разрушенные каналы энерговодов… Довлатов восстанавливал тысячи и тысячи предметов, о которых нынешнее поколение атлантов уже не могло вспомнить. Раскуроченная городская стена сама собой собралась обратно. Следом в колокольне зазвенел Святой Колокол… Уничтоженный Скелетом-Гигантом двести лет назад.
[Но как? Его обломки ведь переплавили в доспехи для наших Высших?]
Былое величие Атлантиды восставало из пепла.
— Гав-гав!
Из-под земли выбрался доберман. Стряхнув с себя клочки земли, пёс рванул к монарху.
— Гоген⁈ — когда пёс скуля стал тереться о его ногу, у Баринбальда в горле пересохло. — О древние боги!
Опустившись на одно колено, король стал гладить собаку. По щеке монарха скатилась одинокая слеза. Даже свою семью он так сильно не любил, как пса.
— Гоген… Мальчик мой. Ты ведь уже больше трёх недель как умер.
Не в силах сдержать эмоции, Баринбальд обнял пса. Тот заскулил в ответ и слизнул слезу с щеки хозяина.
Геннадий Язва смущённо кашлянул в кулак.
— Это всё мой внук! — на лице старика расцвела улыбка. — Сильная душа после смерти может существовать в астрале до сорока дней. Ваш… Гоген, кажется⁈ Явно из таких. Судя по остаточным следам отравления…
— Знаю, — голос Баринбальда мгновенно стал твёрже.
— А-А-А! — из дворца донёсся крик опального принца.
Лицо короля разгладилось.
— Будем считать, что виновный в смерти Гогена уже понёс заслуженное наказание.
Тем временем Довлатов с Нереей отлетели от дворца. «Территория» целителя охватила все центральные улицы столицы Атлантиды. Воздух загудел от обилия самых разных эссенций, стекающихся к парящей в небе фигуре.
Там, где появлялся Довлатов, ход времени поворачивался вспять. Обломки зданий собирались в целые строения. Появлялись дороги, о которых помнили только старики. Водные каналы, проспект со статуями героев прошлого, парк Десяти Стихий… Атлантида оживала.
Через восемь часов бунт был полностью подавлен. На площади Восстания появился целый хор из тех, кого наказали по «мягкой Довлатовской программе».
— А-А-А-А!
— А-А-А!
— ХИ-ХИ-ХИ! — хихикая, Каллибан со взглядом маньяка смотрел за этим шоу. — Господа! Первого из вас, кто научится просить стакан воды, я, так и быть, назначу дирижёром.
Столица Эллоди восстановилась до состояния, какой она была… Король, да и все придворные, не могли припомнить эти даты. Сто лет назад? Пятьсот или даже пару тысяч лет? Город снова жил!
— А-А-А!
Пусть и с прибавлением в виде «хора революционеров». Атланты крестились при виде бедолаг, которым Комитет вместо казни назначил ТАКУЮ меру наказания.
Главный столичный идиот Афонис, почесав репу, обратился к королю:
— Ваше Величество… А как этих жаб целовать, чтобы расколдовать обратно?