При виде зверя у Ву Конга глаза налились кровью.
— Р-р-а-а! — взревел Король Обезьян. Удушающая Жажда Крови вырвалась из его тела наружу.
Мана настоящим цунами рванула во все стороны от Ву Конга. Он задействовал свой Исток. Вода вокруг в тот же миг вскипела. Тело правителя Царства Зверолюдей за долю секунды накрыла живая броня-ишвар, а в руках появился боевой посох.
— ВУ КОНГ! — воинственный голос Механикуса раздался сзади. — Даже и не думай! Перед тобой не враг…
— Но этот облик… — Ву Конг рычал сквозь зубы, с ненавистью смотря на гориллу. — Этот взгляд, которому плевать на жизни МОИХ зверолюдей… Царь-каннибал… Я узнаю его даже восемь тысяч лет спустя!
Асклепий хитро усмехнулся.
— Напомню. Перед тобой Довлатов.
— Не-е-е-ет, — зло сжимая посох, Ву Конг цедил слова сквозь зубы. — Это Имаган «Великий», правитель мира Зебрании. С его… уничтожения началось становление Царства Зверолюдей. Я лично его убил и разрушил душу.
Горилла, стоя неподвижно, вдруг заговорила…
— Вот оно что… Так мы с тобой так давно знакомы?
— Р-р-ра! — Ву Конг в ярости бросился на гориллу.
Ещё секунда, и всё могло закончиться плачевно. Однако пара летающих рук Механикуса намертво схватили посох Короля.
— Не вздумай! — Асклепий тоже выпустил свою ауру наружу. — Ты в Здравнице, Король Зверолюдей! Если тебе не нужна война, не делай того, о чём вскоре пожалеешь.
Рыча от гнева, Ву Конг шагнул назад, не отрывая взгляд от гориллы. Его агрессивная аура буквально душила Источник Жизни, находящийся неподалёку.
Стоило Ву Конгу отойти, как горилла развеялась, снова превратившись в чёрное клубящееся облако.
— Хм, интересно, — Механикус, улыбаясь, сделал шаг к нему навстречу.
Облако снова закрутилось, сменило цвет на ярко-синий. Казалось, оно даже в землю углубилось. Спустя секунду напротив Механикуса стояла высокотехнологичная колонна из микросхем, мигающих кристаллов и сотни механических глаз. Асклепий сразу узнал Синюю Башню, более известную как Синейша — старый и пока ещё живой враг Механикуса.
— Чтоб тебя ржавчина сожрала! — Кентавр, изрыгая ругательства, сделал шаг назад. — Да пересохнет твой Исток и отвёрнется Механическая Паства…
Стоило полубогу-техноманту отдалиться, как образ Синей Башни стал размываться.
— Исчадие Бездны! — гневающийся кентавр скороговоркой выпалил трёхэтажный техномантский мат. — Что это вообще было? Как эта… Эта…
Синяя Башня вдруг отозвалась механическим голосом.
— Спасибо, что приглядывала за мной… Всё это время.
Довлатов явно с кем-то разговаривал во сне.
— Да… Да… — Механикус задыхался от возмущения. — СИНЕЙША! Чтоб тебя демоны на запчасти разобрали!
Асклепий уже догадывался в чём дело. Когда Механикус отошёл, он сам специально шагнул навстречу облаку. То закрутилось, резко посветлело… Внутри раздались удары молний… Прошло каких-то несколько секунд, и вот перед Асклепием, некогда состоящем в пантеоне богов Олимпа, предстал сам Громовержец.
— ЗЕВС! — бог-целитель неосознанно вложил в голос Власть. — Как смеешь ты… В моём мире-больнице…
Асклепий накинул на себя «Фокус», но буря эмоций в душе и не думала утихать. Ему искренне хотелось убить того, кто сейчас находился прямо перед ним. Даже две тысячи лет спустя бог-целитель помнил, кто именно забрал у него Эпиону… И убил.
Громовержец выглядел точно так же, как и в день, когда Асклепий видел его в бою в последний раз… Зевс имел двойное родство — воздух и молнии, идеально дополняющие друг друга. Аспект в форме грозового облака превращал Громовержца в оружие массового поражения на службе у Олимпа.
Трёхметровое тело из облаков, молнии в глазах, насмешливое выражение лица. Зевс перед Асклепием был тем самым Зевсом, которого он помнил… Хотя тут, в Здравнице, его быть никак не могло.
Громовержец вдруг басовито произнёс.
— Не будем торопить события… Время нашей встречи ещё не наступило!
— ДА ТЫ!
Асклепий с кулаками кинулся на заклятого врага, но Механикус и тут проявил сноровку. Техномант успел в последний момент схватить друга за плечо.
— Спокойно… Вот так… Сделай шаг назад, — кентавр, чуть напрягшись, попросту оттащил бога-целителя на метр. — Видишь? Нет тут никакого Громовержца. Отзови уже свою силу божественности… Тебе здесь не с кем сражаться.
Зевс и впрямь исчез, превратившись в чёрное облако. Стоило полубогам отойти подальше, как оно и вовсе приняло форму знакомой двуспальной кровати с Довлатовым. Целитель всё это время мирно дрых.
Асклепий недовольно дёрнулся, освобождаясь от захвата техноманта.