— Знакомьтесь. Чак Норрис, — представляю я своё ухмыляющееся альтер эго. — Настолько брутально крутая моя фантазия, что её признали Древние Божества. Пока имеет тот же запах, что и у меня. Духовная трансформа того же типа. И да! Предрекая ваши вопросы… Чак Норрис настолько крут, что сам себя родил! И был при этом уже архонтом [6].
Чак с довольной улыбкой переглянулся с Дуротаном и перешёл на орочий язык.
— Приветствую, орки! Заочно мы с вами всеми знакомы. У меня та же память, что и у Довлатова… Правда с больши-и-и-ми пробелами. Буду рад обменяться боевым опытом с каждым из вас.
Норрис собирался ещё что-то сказать, но Дуротан его опередил.
— Великое благословение, — Великий вождь повёл носом, принюхиваясь к незнакомцу. — Да, точно оно! У Чака-чви необычные вибрации души. Да и запах немного отличается.
— Хм-м, — улыбка Чака стала шире. — Вождь… Да вы и впрямь Великий! Умудрились распознать великое благословение, едва меня увидев.
— Что-то связанное с Властью-чви, — Дуротан втянул полную грудь воздуха. — Да, точно оно. Вокруг тебя сам воздух пронизан ею. За тобой присматривает Великая Сущность, связанная со сражениями. Только их благословения дают такой эффект.
Признаться, услышанное меня сильно удивило. Вот так взять и с ходу просканировать бойца не каждый сможет.
— Бог боевых искусств, — Чак гордо расправил плечи. — Так зовут Великую Сущность, которая мне благоволит. И да, вы правы, великий вождь. Основной эффект от благословения это улучшенный контроль над Властью.
— Чви-чви-чви, — Дуротан от удивления аж с Гуладором переглянулся. — Ты глянь на этого чви-чви! Сам воздух дрожит от избытка Власти. У меня уже мышцы чешутся от желания с ним подраться.
Чак легко нашёл общий язык с вождями орков на почве боевых искусств. Орки живут войной — в прямом и переносном смысле. Где-то на уровне генов они всё время стремятся найти ещё не покорённую ими вершину. Речь обо всёх сторонах жизни. О захвате земель, власти в племени, красивой самке и освоении приёмов, применимых на поле битвы. И тут им попадается сам Чак Норрис! Да ещё и под благословением Бога Боевых Искусств. Я сам, к слову, ни сном ни духом, что тот самый Хо Ган смог достичь ранга Великой Сущности. У него, как и у Чака, с рождения был нейтральный тип родства.
Со стороны архивов к площади соцветия спускались Хомячкович с её ученицей Флорой. Наставница выглядела уставшей. Флора, наоборот, задумчивой.
Одновременно с ними к площади от офисного здания домена к нам шёл незнакомый мне одарённый. Адепт лет тридцати, окружённый слабенькой аурой учителя [3] пироманта.
Взгляд зацепился за боевую экипировку на незнакомце. Кожаный жилет, колбы с эфиром в перевязи, пояс разгрузки… И туфли. Кожаные лакированные туфли! Морда с претензией на знакомство с моим кулаком, выпущенная невпопад аура… В общем, мужик явно не понимал разницы между «быть крутым» и «казаться» таковым.
Окинув меня якобы удивлённым взглядом, мужик надменно произнёс.
— Чего тут прислуга позабыла? Марш в офис! Тебе за что платят, чернь! Иди перебирай свои бумажки.
Как раз в этот момент на площадь вышла Хомячкович с Флорой. Ученица, услышав слова незнакомца, тут же за меня вступилась.
— Это…
— Молчать! — рявкнул пижон, поправляя на себе пиджак. — Совсем тут работников распустили. И не тебе, мелкая, вступать в разговор взрослых. Я тебе это уже дважды говорил.
Мы, целители, народ, который каждый день видит всякое дерьмо. Иногда ещё живое, ходящее на двух ногах. Так что мой вопрос к задумавшейся наставнице был очевиден.
— Это что ещё за удобрение? — указываю на пижона.
— Я Босх Каспари! Для вас, молодой человек, я господин Босх Каспари, — хамло открыло рот, продолжая скользить по мне оценивающим взглядом. — Судя по вашему юному возрасту, вы… Должно быть, разносчик еды с общей кухни? Вы меня ещё не знаете…
— Так на твоей могиле и напишут, — киваю мужику. Потом со всё той же серьёзностью смотрю на наставницу. — Так что это за тип?
Наставница, казалось, только сейчас меня услышала. Флора отреагировала раньше.
— Босх Каспари, — юная целительница почему-то боялась смотреть в глаза пижону. — Господин Каладрис принёс его, господина Вудро Маршала и Питера Рэдклифа из какой-то аномалии. Оба были с тяжёлыми ранами. Наставница последние сутки занималась их лечением. Со слов управляющего, Босх нёс на себе Рэдклифа.
— То есть, случайный гость, — понял я суть, читающуюся между строк.
Поворачиваюсь к Босху. Тот весь аж красными пятнами покрылся от возмущения.
— Плебей! — завопил пижон. — Да, что ты знаешь о благородстве? Я на себе вынес Лорда Рэдклифа из той битвы.