Довлатов направил револьвер на второго демона. Тот успел увернуться, но пуля угодила в архонта [6], находящегося за его спиной.
Выстрел…
Выстрел…
Выстрел…
Целитель успел опустошить барабан, прежде чем стая монстров-мимиков накинулась на него со всех сторон. Довлатова окружила сразу сотня Смертей — фигур в чёрных балахонах с косами в руках… Целитель вдруг возьми и сам превратись в Смерть.
O_O — Леди.
O_о — мимики, потерявшие цель.
о_о — демоны-архонты, не понимающие, где их цель.
Одна из фигур в чёрном балахоне вдруг убила свою коллегу Смерть. Выхватила у той косу. Взяла её в одну руку, револьвер — в другую… И принялась методично отстреливать демонов-архонтов.
Бах!
Бах!
Не прошло и десяти секунд, как из семёрки демонов-архонтов на ногах остались двое. Да и то лишь потому, что сбежали с фестиваля Смерти! Сотни монстров-мимиков продолжали имитировать Довлатова, а Довлатов имитировал их.
Леди прикрыла глаза, пытаясь осознать… КАКОГО ****** сейчас произошло⁈
[Человек-мимик имитировал монстров-мимиков и так всех ввёл в заблуждение⁈]
Интенсивность боя росла с каждой секундой. Целитель коснулся земли, а та вдруг обратилась хищной пастью. Довлатов парализовал челюсти монстра и тут уже выстрелил себе под ноги. Секундой позже летающая рядом скала выпустила щупальца, собираясь сожрать Довлатова и стаю летающих с ним монстров.
Целитель применил «Шаг пространства», уходя из зоны поражения, и тут же подвергся нападению стаи змей-невидимок. Твари мимикрировали под воздух… Куски льда, растения, булыжник, летевший сам по себе. Одни мимики превращались в других мимиков, не распознав собрата. Сам того не подозревая, Довлатов очутился в мире, где вообще все твари являлись мимиками.
Как это с Довлатовым обычно и бывает, излишне агрессивный мир его надкусил… и подавился.
Кульминация это кровавой вакханалии наступила весьма неожиданно. Довлатова в обличье Смерти окружала стая странного вида птичек, похожих на голубей. Пернатые плотно облепили его «доспех духа». Едва целитель отмахивался от одной, как на её место садились сразу две. Причём они не меняли свой облик, а воздействовали иначе.
[Эти голуби,] — Леди прищурилась. — [Это ведь мимики-ментаты⁈]
Именно в этот момент голуби вдруг все разом заорали.
— Довлатов… ЧВИ-И-И-ИИ!
Пернатые с пеной у рта стали гроздьями слетать с Довлатова. Тот шибанул по всей округе свой запредельной Властью и Жаждой Крови. С неба посыпались сотни погибших тварей. Револьвер в его руках грохотал и грохотал, рассылая во все стороны смертоносные подарки.
Для мира мимиков Довлатов стал Смертью. Только крутой! С косой, револьвером и бесконечным запасов патронов.
Дорогой Читатель!
— Автор уезжает в Москву на РосКон — конференцию для писателей.
— Вернусь к работе только в следующий понедельник 07/04
— На этой неделе глав больше не будет. Советую пока почитать новинку от Бори Романовского. Ссылку оставлю чуть ниже. Он тоже умеет в юмор писать)
Глава 18
Качалка, принцесса и пророчество
Во всём многообразии фракций мира-гиганта Унии не наберётся и десятка коалиций, способных дать Олимпу отпор столь ярый, чтобы небожители не стали к ним соваться.
Олимп — это столп власти столь сильный, что невозможно передать словами. Ему поклоняются почти в восьмидесяти мирах Пограничья. Сто тринадцать рас подписали договор о вассалитете… Лишь бы их цивилизации не стёрли. Двести миллиардов жителей живут в тени Олимпа. Ибо эта тень и есть сам Хронос!
День, когда материки Земли покинули пределы Унии, для многих стал судьбоносным. Земляне находились в ловушке времени Хроноса и сами по себе были памятниками величия Олимпа. Небожителей боятся все! Гиганты из Тартара, беглецы из Атлантиды, их опасаются даже жители Асгарда и Конклава Ишвар с архипелага, возглавляемого Сусанно.
А тут вдруг… РАЗ… И памятник величия Олимпа вдруг исчез! Это не просто плевок на репутацию. Это вызов, который небожители не могли проигнорировать.
На светских раутах Посейдона послышались шепотки: «Олимп уже не тот». Упали в цене акции небожителей. Мёртвые слуги Аида и вовсе потеряли треть в цене на рынке. Отказались от участия в балах, устраиваемых Зевсом, несколько дипломатов из фракций с ветреным отношением к союзам. Именно эти перебежчики стали тем звоночком… Скорее, уж тревожным колоколом, который троица правителей Олимпа не могла и дальше игнорировать.