Зато Зак борьбы не испытывал. Он точно знал, чего хочет. Его руки уверенно расстегивали кофту и пуговки на джинсах
— Зак. Пожалуйста. Душ, — только и могла произнести я, пытаясь не отключиться.
— Душ? Душ. Душ! Да, конечно. Прости меня, я как-то не подумал, — он смущенно засмеялся. — Подожди немного, я приготовлю тебе ванную, — и он удалился.
Понимая, что могу отключиться, я ходила по комнате, а потом направилась в кухню. Поставив турку на конфорку, я полезла в холодильник в поисках чего-нибудь вкусненького, и нашла ветчину, какой-то сыр и, конечно, джем. На этот раз клубничный. Соорудив нереальный сэндвич, я сняла турку и налила в кружку ароматный напиток со вкусом ванили. В этот момент зашел Зак.
— Я тебя снова потерял. Видимо, все-таки придется пристегнуть тебя наручниками, — пошутил Зак, усаживаясь на один из стульев.
— Я так понимаю, что это давняя эротическая фантазия, — я присела к нему на колени.
— Только если ты не против… — уклончиво ответил Зак, — кстати, ванна готова.
— Кстати, я не буду принимать ванну. Она меня усыпит, а я не хочу заснуть. Сон отнимет тебя у меня.
— Пусть я буду эгоистом, но я тоже не хочу, чтобы сегодня ты заснула. Я так долго тебя ждал, что сам заснуть просто не смогу.
Я подтянула к нам кофе и сэндвич
— Что это? — удивленно указывая на сэндвич.
— Не смейся. Это я нашла в холодильнике и решила поэкспериментировать. Вкусно, кстати, попробуй, — я и протянула сэндвич Заку. Тот с готовностью откусил гигантский кусок.
— Ага, вкусно, действительно. Вопреки всем законам кулинарии и логики.
Дожевав супер-сэндвич я отправилась в ванную, слила воду и вошла в душевую. Как по учебнику: теплую, горячую, холодную и так попеременно. Попискивая он смены температур я с радостью отметила, как усталость проходит, уступая место радости новой жизни.
Вышла из душа я полностью готовая провести остаток этого дня в бодрости и энергичности.
Зак лежал на постели. Услышав мои шаги, он открыл глаза и посмотрел на меня:
— Ты наверное считаешь меня озабоченным эгоистом? — я промолчала, и он продолжил, — Считай. Но сейчас я не могу думать ни о чем другом.
— Думаешь, только тебе было трудно? — ответила я вопросом на вопрос, подходя к постели и медленно снимая с себя полотенце. Забравшись на Зака, я наклонила голову к его груди, а мои волосы укутали его тело. Зак судорожно вздохнул, все тело его напряглось, и он уронил меня на кровать.
Его горячие губы целовали меня как в первый раз. Его глаза смотрели на меня так близко, словно в первый раз. Его руки ласкали меня словно в первый раз. Его тело скользило по моему словно в первый раз. И словно в первый раз он вошел в меня, взорвав тело, мозг, сознание… и все, что только можно было во мне взорвать.
Выгнувшись дугой, я хотела быть ближе к его телу, которое было таким магнетически привлекательным. Казалось, он тоже этого хочет, потому что его и его тело все плотнее прижимало меня к упругой поверхности постели. Яркий совместный финал был таким потрясающим, что еще минут пять мы лежали, не отрываясь друг от друга. А потом Зак счастливо произнес:
— Этого стоило ждать почти месяц.
— Мы опять неправильно начали, — не ответила на его фразу я.
— Не понял…
— У нас снова все началось с постели.
— Кэти, не занудствуй! Что начинается? Чего ты ждала? Я завтра уезжаю! Мы хотели провести это время вместе и мы вместе! — Зак с досады даже встал с постели и вышел в холл.
Он не понял. Как он мог меня не понять? Черт! Это я виновата, ну зачем я это сказала⁈ Зачем я выпустила своих тараканов именно сегодня⁈ Когда у нас так мало времени.
Я завернулась в одеяло я пошла его искать. Зак нервно ходил по веранде, словно лев в клетке.
— Прости, Зак. Я не это хотела сказать. Я правда не думаю, что ты со мной только из-за… секса. Этого добра хватает и здесь. Я знаю. Просто…
Зак остановился и посмотрел на меня…
— Просто я чувствую неуверенность. Понимаешь, мы так давно не виделись, и завтра ты улетаешь… а я остаюсь тут. Мы снова будем в разлуке, а потом встретимся в Лондоне, и нас опять свяжет… секс, а потом снова через два недели. Меня это немного настораживает… Пойми, может выработаться привычка…
— Привычка любить друг друга? — перебил меня Зак. В его глазах было раздражение. По коже бегали мурашки, дул холодный ветер. На улице было не больше пятнадцати по Цельсию.
— Зак, зайдем внутрь, здесь холодно!