Сабин поднял руки.
— Разделяю твое возмущение и согласен, что это преступление. Но мне, римскому трибуну, не пристало обсуждать приказы. За это несет ответственность сам император.
— Я слышала, что в Риме статуям отбивают головы, чтобы заменить их на императорские.
— Я тоже об этом слышал, но думаю, что это только слухи. Калигула просто высоко ценит греческое искусство, как большинство римлян. Давай побеседуем о чем-нибудь другом. Как поживает Петрон? Отец пока не выгнал его?
— Об этом я бы как раз не хотела говорить. Далеко до твоего дома?
— Еще несколько шагов, и мы на месте.
Домовладелец сдержал обещание. Окно украшала герань, а в старом кувшине с отбитой ручкой красовались какие-то цветы. Ждал их и накрытый стол: в простые глиняные миски были разложены сушеные фрукты, стояло кислое молоко и разделанная птица. На пол хозяин поставил корзину со свежим хлебом и высокий кувшин с вином. Сабин потер руки:
— Что ты скажешь при виде этой роскоши? Ты голодна?
Елена посмотрела по сторонам:
— Хорошо, что ты придумал снять комнату. Здесь мы сможем спокойно поговорить, и мне не придется все время оглядываться и бояться, что кто-нибудь меня узнает.
Сабин наполнил кружки вином.
— Наверное, в Эпидавре, ты и представить этого не могла? — спросил он.
— О чем ты?
— Что однажды в Эфесе ты окажешься моей гостьей, будешь сидеть со мной за одним столом.
— Должна тебе признаться, Сабин, что тогда не приняла тебя всерьез. Я думала, что ты завлекаешь девушек своими голубыми глазами, хватаешь то, что идет в руки. Теперь, когда ты приехал сюда из-за меня, я сожалею об этом.
Сабин взял хлеб из рук и попытался притянуть ее к себе. Она не поддалась, уперевшись руками ему в грудь.
— Это ничего не меняет. Я замужем и твоей быть не могу.
Сабин отпустил женщину.
— Давай сначала поедим.
Но, похоже, у Елены не было аппетита. Она раскрошила хлеб между пальцами, вяло пожевала куриное крылышко, откусила кусочек фенхеля и положила плод обратно. Сабин же так увлекся трапезой, что не сразу заметил, как мало ела его гостья.
— Тебе не нравится?
— Нет-нет, нравится. Все очень вкусно, но я не голодна.
Он поднял кружку:
— Тогда, может, выпьешь вина?
Елена послушно поднесла свою кружку к губам и сделала маленький глоток.
— Я хочу тебе кое-что сказать… — робко начала она.
Сабин вытер губы.
— Смелее! Расскажи мне, что у тебя на душе, — попытался он ее ободрить.
— Ты был свидетелем моих жертвоприношений Артемиде, и я назвала тебе причину.
— Ты хочешь ребенка…
— Да, но все просьбы к богине бессмысленны.
— Бессмысленны? Как это понимать? Ты бесплодна?
— Надеюсь, что нет. Они бессмысленны, потому что… потому что…
Елена опустила голову и тихонько заплакала. И Сабин погладил ее по волосам.
— Ты уже начала, договаривай, тебе станет легче.
Елена собралась с силами:
— Почему бы тебе об этом и не знать. В конце концов, не я должна стыдиться. Итак, бессмысленно просить Артемиду о ребенке, если муж не в состоянии произвести потомство.
— Не в состоянии? — озадаченно переспросил Сабин. — Чего ж ему не хватает? Из него сделали евнуха?
Елена невольно рассмеялась.
— Нет, все необходимое у моего супруга есть, но женщины его не привлекают. Почти каждый вечер он пьет со своими друзьями, и с ними все время проститутки — и женщины, и мужчины. Петрон, похоже, предпочитает последних.
Сабин покачал головой.
— Я знаю римлян, которые тоже больше любят мужчин, но у них есть дети.
— Он пытался, — вздохнула Елена. — По крайней мере сначала, но из этого ничего не получилось. Я долго думала, сказать ли его отцу, но так и не решилась. Конечно, они все считают виноватой меня, и я не могу больше выносить взгляды его родителей. Как только мы встречаемся, они сразу смотрят на мой живот, а лишь потом приветствуют меня. Петрон неплохой человек, не сильно ограничивает мою свободу, но ему нельзя было жениться.
Сабин громко рассмеялся, поперхнулся и осушил свою кружку.
— Извини, я смеюсь не над тобой, а над всей этой запутанной историей. Как часто я завидовал Петрону, проклинал его в мыслях, и теперь слышу, что ты живешь рядом с ним девственницей.
— Почти так…
— В нашей власти изменить это обстоятельство…
Елена замолчала, отхлебнула вина, посмотрела на Сабина долгим взглядом и тихо сказала: