— Да не беспокойся ты. Никто священников звать не будет… — сказал Цветков и вновь задумался.
“Так… так… мы же материалисты. Надо все рассматривать четко и объективно. Все это происходит в нашем мире. Вроде законы физики никто не отменял.”
— Может, нам физики нужны?
— Физики? — переспросил Хрущев.
— Да. Ну, все же это в нашем мире происходит. Может, они смогут найти решение, как поступать с перемещающимися предметами и подобной херней?
— Смысл в этом есть. Но я не думаю, что в КГБ их с избытком…
— А выбора нет-то у нас… — осознал Цветков. — Не представляю даже, как разбираться в этой херне. Я уже молчу о том, как с ней бороться…
Хрущев лишь тяжко вздохнул, осознавая, что от этого решения будет зависеть его положение. Глубоко внутри себя он надеялся, что Цветков просто перевозбудился, и на самом деле все не так серьезно, как он преподносит.
***
Уже через пятнадцать минут они были в Москве. Пришлось приземлиться в Кремле, а оттуда они поехали на Лубянку. Все в отделе тут же встретили их отдачей чести. Многих смущала легкая угрюмость Хрущева, словно он собирался кого-то отчитывать, но ему было не до этого. Вместе с Цветковым они прошли в самый главный зал, где находилась немалая доля сотрудников. Пройдя и его, быстрым шагом они зашли в главный кабинет, где и восседал глава КГБ.
— Александр Николаевич!прим. Александр Николаевич Шелепин. Председатель КГБ с 25 декабря 1958 года по ноябрь 1961 — довольно бодро обратился Никита, несмотря на слегка поникшее настроение.
Саша немного вздрогнул и поднял голову, отрываясь от изучения каких-то бумаг. Чего-чего, а визита генсека он сегодня точно не ожидал.
— Ого! Никита Сергеевич! Какие люди! — воскликнул он и встал из-за стола. Они бодро пожали друг другу руки. Помимо хороших рабочих связей Шелепин и Хрущёв имели довольно теплые отношения, несмотря на то, что Саша никогда не хотел быть председателем КГБ, — А чего заглянуть-то решил?
— Нам нужно поискать кое-кого… В общем… Никита… объяснит.
Шелепин в растерянности посмотрел на загадочного гостя.
— Глава КГБ по Калининской области Никита Цветков — представился он и мужчины пожали друг другу руки.
Никита вздохнул, понимая, что ему по новой придется рассказывать все свои наблюдения. За эти дни ему это занятие немного надоело, но выбора не было.
— …и поэтому сейчас нам нужны именно такие сотрудники. Те, кто хорошо понимают в физике, биологии, с хорошей боевой подготовкой.
Александр уже сидел за столом, смотря на рапорты и карту со всеми отметками. Иногда он поднимал взгляд на Хрущева. Цветков не забыл также и рассказать про последний инцидент, подчеркнув, что от решения главы КГБ зависит множество судеб людей, что несколько надавило на Шелепина.
— Хорошо. Сейчас в отделе попросим в архивах поискать. Там все сотрудники есть. Созовем их, поговоришь. После все сделаешь на официальном уровне. Никакого подполья, хорошо, Никит?
— Ну, естественно.
— А зачем? Это же лишняя бюрократия, — подал голос Цветков, и две пары глаз осуждающе взглянули на него.
— Представь лица партийцев, когда они узнают, что генсек лично курирует отряд, никак КГБ не докладывая об этом и действуя не по регламенту. Неизвестно, что они могут подумать. Такие решения принимаются совместно со всеми однопартийцами. Да, и я не вечен. После меня будет кто-то другой, кто, возможно, будет не так благосклонен к Вам и лично к Никите.
— Я понял.
— Вот и замечательно, — сказал Саша и встал из-за стола. Все трое направились в главный зал.
***
После объявления все сотрудники разбежались по картотекам, выискивая нужных кандидатов. Все картотеки были разбросаны по категориям. “Химики”, “Физики” и тому подобное, так что приходилось просматривать почти каждые шкафчики, чтобы найти нужных сотрудников по тем параметрам, которые задал Цветков.
Двое Никит сидели за столом, за котором обычно отдыхают КГБшники. Рядом с ним находился аккуратный диванчик. Один из новеньких любезно сбегал за кофе по просьбе Хрущёва.
Цветков никогда не общался лично с Никитой Сергеевичем. Да и не сказать, что был доволен его политикой, но разговаривать с ним было приятно. Словно они не начальник и подчиненный, а старые друзья, встретившееся после долгой разлуки. Своей манерой он располагал к себе. Но их разговор прервали двое сотрудников, положившие… нет, грохнувшие на стол стопку папок.
— Вот. Здесь все подходящие кандидаты.
Папки были толстые, но было их не так много.
— Это что, все? — спросил Цветков.
— Нет, мы сейчас найдем еще. Но как нам показалось, это лучшие претенденты.
— Ладно. Пока набирайте еще. Посмотрим что у этих.