— Мир не стоит на месте и на замену всегда кто-то придет, — с ноткой грусти сказал Фролов.
— Ну и до скольки ты планируешь работать? — настырно спросил мужчина. — Молодости-то скоро не будет, так что остается действительно только на работе женится.
Фролов недовольно покосился на напарника. Это его несколько задело. Они же только ночью обсуждали эту тему.
— Можно сказать, тебе никто не нужен, — отрезал коротковолосый и хлебнул из ложки кашу.
— Я реалист. И, если честно, всегда был один и не особо нуждаюсь в любви, — с легкой самоуверенной улыбкой сказал он.
— Ну-ну, — пробубнил Сава и вновь хлебнул каши.
В это время Карина погрузилась в свои мысли. Наверное, она правильно сделала, что немного приврала. Ни к чему им знать подробностей. Может, позже, они и узнают правду, но пока им рановато это знать.
— Ты не знаешь, как я жил.
— Всем нужна поддержка и внимание. Кого бы ты из себя не строил.
Не став продолжать бессмысленный спор, Борис пожал плечами и стал доедать свой завтрак.
— А ты попал в КГБ до женитьбы или после?
— До, а что такое?
— Да так, интересно стало. Ты завела роман на работе, Карин?
— Нет. Поверь мне, большинство боится заводить отношения в подобной обстановке. Да и не сказать, что начальство это поддерживает.
— Как вообще вы вдвоем завели отношения, будучи в КГБ, для меня загадка.
— Не знаю, я просто не колюсь.
Карина слабо усмехнулась.
— О-о-очень смешно, — закатив глаза, ответил Борис, окидывая взглядом гладковыбритую кожу Фролова. — А если бы не брился, выглядел бы в разы серьезнее, как я.
— М-да, серьезности у тебя не занимать, — с сарказмом протянул Сава и положил пустую тарелку в раковину.
“Больно он какой-то несерьезный для КГБшника. Странный тип. На Лубянке только таких набирают?” — подумал Савелий.
Их разговор прервал звонок в дверь. Борис тут же встал и посмотрел в глазок.
— Здравствуйте, я Иван Марголдин. Из милиции.
Пономарев вопросительно поднял бровь и все же перестраховался, попросив показать удостоверение. Увидев должность, он тут же поспешил открыть. Марголдин отдал честь.
— Чем можем быть полезны?
— Никита Валентинович попросил обращаться к вам, если происходит что-то загадочное.
— Ну наконец какие-то сподвижки, — довольно сказал Борис. Другие напарники тем временем подорвались, став собираться. — Что конкретно произошло?
— Очень трудно объяснить… — несколько потерянно протянул Иван.
— Впрочем, как и все до этого. Сейчас будем.
***
Команда отправилась в местную больницу. Марголдин ехал с сиреной, и уже через пару минут они оказались в пункте назначения. По пути он все же попытался объяснить, с чем поступила женщина, но ребята лишь недоуменно переглянулись, так и не поняв, что он имел в виду.
Когда они увидели женщину, у них по коже пробежал холодок.
Красивая девушка лежала на кровати без сознания. Ее волосы были растрепаны. На шее выпирали вены, свидетельствуя о сильном напряжении в теле. Правое оголенное плечо было вспорото, имело несколько глубоких порезов, словно по нему прошлись ножом. Ткань вокруг укуса почернела и будто высушилась. От субстанции исходил странный запах сырости, от которого голова начинала немного кружиться.
Понимая, что возиться с эти придется ей, Карина почувствовала как к горлу подступил ком, сдержать который стоило ей немалых усилий. В самой палате было два врача, следящих за состоянием девушки.
— Что… что с ней произошло? — спросила Акименко, пока ее полный страха взгляд не мог оторваться от этой картины.
Парни стояли сзади и постоянно отводили глаза в сторону.
— Мы сами толком не знаем. Бригаду вызвали посторонние люди. Мы пытались выяснить, что случилось, но и те не знают. Говорят, она просто несколько секунд кричала, а после потеряла сознание, но на плече у нее был какой-то… укус, который постоянно чернел. Ее состояние стабильное, но она пока так и не очнулась.
— И что, вы ничего не делали?
— Мы немного изучали ткани и так же давали различные таблетки и сделали специальные инъекции, но кожа все чернела. Нам раздавали методичку, что при неизвестных болезнях или неизвестных симптомах обращаться к товарищу Марголдину.
— И поэтому вы решили все скинуть на нас… — вздыхая, пожаловалась Карина и опустилась на коленки, дабы лучше разглядеть повреждённую ткань. — Дайте перчатки, — безразлично сказала она, понимая, что это их очередной клиент.
Доктора, не колеблясь, протянули пару. КГБшница натянула их и стала аккуратно ощупывать плечо. На почерневшем месте кожа была заметно мягче, чем на остальных участках тела и напоминала увядающий цветок, словно покровные ткани перегнивали. Карина немного надавила на поражённый участок. Сквозь открытую рану просочилась черная смердящая жидкость. Лицо тут же сморщилось, но поняв, что останавливаться нельзя, она аккуратно макнула палец в неё. По консистенции это напоминало кровь, но почему она приобрела подобный цвет — было неясно. У самих порезов была закономерность. Это действительно был укус, но у собаки зубы были не такие острые и длинные.