— И то правда, но не забывай, что люди гибнут, — все же пожурил его Цветков.
— Да. И все же попрошу еще раз, будь неформальным главой организации. Я не буду никак вмешиваться в ваши решения, а все шишки возьму на себя.
— По рукам.
— Так каков у нас план? — спросил Борис.
— Значит так: вы едите в Калинин и продолжаете деятельность в таком формате, до дальнейших указаний. Как только Никита Сергеевич учредит нашу организацию, я вернусь в Калинин и по тому, что вы ещё соберете, решим, что нам делать.
— А если не учредит? — резко спросил Савелий.
Двое Никит замолчали.
— Что делать в таком случае, решим потом. Но я не допущу этого, — заявил генсек.
— Ловим на слове, — с небольшой улыбкой произнес Борис, дабы разбавить обстановку.
***
50 дней после разлома
Со всей этой ситуации прошел уже больше месяца. Генеральный секретарь созвал экстренный съезд членов ЦК КПСС, где и вывалил всю правду на стол, которая украдкой доносилась до многих партийцев, и провозгласил, что создаёт структуру для борьбы с аномалией. В речи ему помог Цветков, заявив о том, каких ужасов он успел насмотреться.
Лишь за пару часов до речи они думали, как назовут организацию. Не став долго ломать голову, сошлись на варианте "Фонд борьбы с аномалиями" и уже чуть больше продумывали структуру, в которой бы она и функционировала.
Главой ФБА, как и полагалось по закону, стал Хрущев. Цветкову он выдал должность своего заместителя. Вообще, оба очень быстро прописали структуру, но работать по ней было невозможно, так как в самой организации было всего четыре человека, включая Цветкова. Не став утверждать сразу тот вариант, который они представили, парочка выбила для себя ещё неделю, в которой бы на новом съезде решили: жить организации или закрыться, так и не успев появляться.
Сами же коммунисты, поделились на два лагеря: кто-то считал, что это необходимая мера и лучше лишний раз озаботиться, чем ударить в грязь лицом. Вторые же заявляли, что это безумие и очередное колхозное решение генерального секретаря. Их крайне смущали требования к бойцам. На весь КГБ подобных можно было пересчитать по пальцам. Хрущев и Цветков хотели найти швейцарские ножи, которые в случае чего и нечисть прикончат и оружие сконструируют. Фонд, также планировал искать людей для изучения существ. Конечно, там нужны были люди из узконаправленных специальностей, а значит, людей для ФБА нужно было буквально вырывать со своих должностей. Это и смутило вторых, потому что люди — не бесконечный ресурс, тем более такого склада ума.
Но так или иначе, Цветков поставил перед собой эту задачу, ибо без этого ничего не получится. Им были нужны универсальные бойцы и учёные, дабы каждый в фонде мог разобраться с угрозой и с тем, как можно на нее воздействовать.
И все же основное послание было донесено. Из-за этого им выдали очень сжатые сроки. Чертова неделя, за которую нужно было собрать как можно большее количество не просто умных, но и подходящих людей и прописать первоначальную структуру. Оба Никиты были уверены, что по ней они работать не будут. За все время с организацией может произойти все что угодно — как минимум придут новые члены и придется подстраиваться под ситуацию.
Но была и третья группа. Одни из высших членов КГБ, которые возмутились самодеятельности Хрущева и требовали передать право на передачу управления КГБ, но, благо, их не восприняли всерьез.
Хрущев находился в Кремле с Цветковым, и был несколько зол на него.
— Я тебе говорил, что эта идея очень плоха. Где ты, черт возьми, найдешь за неделю подобных индивидуумов?!
Цветков молчал, уткнувшись взглядом в окно.
— Да не молчи ты, боже!
— Нам нужны довольно молодые ребята, которые были бы профессионалами в узкой специальности и при этом никто бы не был против, чтобы мы приютили их у себя, — рассуждал КГБшник.
— И где ты таких собираешься найти? — повторил свой вопрос Хрущев.
— Кто сказал, что нам нужны взрослые? — с ухмылкой спросил Цветков.
— Ты о чем? — не совсем понял Хрущев.
— Я думаю, на нашу необъятную найдётся парочка одаренных студентов.
Лицо Хрущева тут же изменилось, став выражать явную злость.
— Ты что, совсем рассудок потерял?! Хочешь, чтоб КГБ бок о бок сражались со студентами, которые даже ни о чем подобном не слышали?! — почти кричал Сергеевич.
— Успокойся. Я же не зря сказал узкоспециализированных. Из миллионов юношей и дам, дай бог, несколько десятков действительно будут готовы к подобному. Именно их мы и подберем, — Хрущев хотел уже вновь возразить, как вдруг Никита заткнул его. — И не забывай, что командование отдал мне ты, и принимать решение буду я.