— Эй, я понимаю тебя… просто не вымещай это… вот так на других. И я сам не могу быть до конца во всем уверен. Мало кому приятно, когда на него вот так наезжают.
Конечно, сейчас снова можно было встать в стойку, начать доказывать Юре, что тот не прав. Но Ваня никогда не был конфликтным человеком. Ему гораздо проще понять кого-то, чем убедить в собственной правоте.
Юра походил конем назад, к другой пешке Вани, которая стояла под прицелом ферзя. Он точно убьет ее, потому что, если Ваня убьет ферзем коня, то подставит под удар слоном своего короля.
— Поэтому… я это сказал…
Лебедев походил своим конем. Он планировал его довести до ферзя, чтобы создать защиту, а затем Юра убил конем пешку.
— И все же тебе нужно быть более благодарным государству, которое дало тебе почти все, не считаешь?
— Считаю. Но и в маскировочном выступлении учавствовать я не хочу. Поэтому всегда высказываю свое недовольство. И ты не бойся. Как и принимать необычные решения.
Ваня серьезно задумался над ходом. Еще и эти слова Шувалова… точно на что-то толкали.
И толкнули.
Ваня убил слона, но подставил ферзя под линейную атаку. И следующим ходом Юра пригвоздил его вторым слоном, да так, что король мог остаться под угрозой.
Ваня ладьей убил коня, но после Юра поставил шах злополучным слоном. Из-за того, что он сдвинул ладью, не осталось рычагов давления, а вокруг самого короля было мало путей для отступления.
“Ну давай же… возьми себя в руки… он не должен так явно предсказывать твои шаги…”
Ваня выдвинул коня чуть в бок, тем самым закрывая короля. Юра убил того слоном, подставляя того под удар ферзя.
Но действовать нужно было не так. Не так, как предположил Юра.
Лебедев выдвинул сильную фигуру в другую сторону, встав прямо перед вторым конем, за которым стоял король.
— Неужели действительно что-то придумал?
Юра выдвинул вторую ладью, установив на ряду поверх, заключив в блок ферзя.
Ваня двинул свою ладью так, чтобы встать на краю доски и подставить под удар ферзя.
Юра заметил, как до этого спокойный товарищ напрягся. Поза выдавала его: тот скрючился буквой зю, тряс ногой и постоянно теребил пальцами, готовясь схватить то одну фигуру, то вторую.
Это была бы бездумная смерть для ладьи, которая открыла бы маневр для ферзя.
— И вот о чем я тебе говорил? — повторил Шувалов и походил слоном, про которого пришлось ненадолго забыть и поставил шах королю.
Возможности прикрыть его не было, так что пришлось отступить.
И финальным ходом стал ферзь, который прошел через всю карту и поставил мат Ване.
— Принимай нестандартные решения. Не бойся этого. Именно это даст результат.
Лебедев молча потупил взгляд на доску, анализируя свою игру, и как он так легко проебался.
***
В ночном карауле стояло по двое. Радиотехники настраивали оборудование и хорошо разговорились, не давая нормально спать оставшимся бойцам. Но к середине ночи они закончили и легли спать. Но не включили его, оставив это дело на утро.
Сам же Ваня должен был проснуться на караул последним. Но он долго не мог заснуть, вспоминая игру и прогоняя слова Юры.
Его поступки и слова… стали более ясны парню. Вряд ли, старшие оценят подобный подход.
Единственный вывод, к которому пришел — нужно послушать, что скажут командующие. Как-никак, они служат давно и могут объективно оценить ситуацию.
И с утра ему подвернулась такая возможность.
С шести до восьми он дежурил с Динарой. Не сказать, что они хорошо разговорились, но она была достаточно приятна. Рассказала, как работала в школе, а также про ситуацию с Шуваловым. Андреева сидела за столом, пока Лебедев ходил по кухне и готовил кофе в турке.
— Да, он возмущался… в очередной раз, что его отправили сюда. Начал мне антисоветчину толковать какую-то.
— Какую?
— Сказал, что я здесь… кхм.. теряю знания. Меня это задело. Я думаю, он и сам понимает, что перегнул.
— Разве в этой фразе есть.. “антисоветчина”? Ну, объективно?
— Ну, по сути он обесценил… ну почти.. всю работу отдела.
— Он напуган. Как я и ты. Он просто это не скрывает. Мы вчера это частично обсудили. Не думаю, что из-за твоей позиции он к тебе относится хуже. Ему в принципе, как будто, побоку на все. Сам по себе.
— Очень на это надеюсь. Это будет единственный взрослый поступок за все время.
— Эй, ну вот не надо рубить с плеча. На миссии с птицей он показал себя достойно, — повернулся парень и высказал возмущение еще и взглядом.
— Ладно… извини, возможно, я.. — девушка устало потерла свое лицо, потому что клонило в сон. — Действительно перегибаю…
— Давай, я тебе тоже кофе сготовлю. Проснешься получше. И успокоишься.