На самом этаже было душновато: про вентиляцию не задумывались. Было пару шкафов, которые сам авангардный отряд и притащил, чтобы хранить все нужные инструменты, и длинный чертежный стол, на котором и яблоку было негде упасть.
Были все, кроме Динары, укатившей куда-то на патруль по приказу.
— Ну что, товарищи, я могу вас поздравить! — заявил Борис и скрепил последний шов. — Первый прототип готов, и пора бы его протестировать.
— Поехали на полигон? — спросил Юра.
— У тебя времени много? Сава, тащи манекен.
— Ты дурной?! А если он здесь взорвется?! — возмутился Фролов.
— По всем подсчетам тут и взрываться нечему. Ну, максимум у меня в руках. Стрелять буду я.
— Так, а если что-то случится с тобой? — запереживал Ваня.
— Просто покиньте подвал, а остальное я сделаю.
— Пономарев! — вновь жестко обратился Фролов. — Я не хочу, чтобы весь отдел на воздух взлетел!
— Успокойся. Это нужно для одного важного теста. Здесь, — Борис размахивал пальцем, широким жестом обводя подвал, — мало воздуха. Если свет оружия действительно будет уничтожать частицы, значит и частиц воздуха станет меньше. Может. оружие и сможет что-то разрушить, но наша основная цель — неизвестные твари, а потому мы должны проверить столь важную функцию.
— Пономарев, еще раз тебе говорю, это небезопасно! Ладно ты убьешься, но я не позволю тебе убить других!
— Ничего, не должно взорваться! — вновь отстаивал своё КГБшник. — Или ты физик?
— Делай, что хочешь, нахуй! — воскликнул Савелий, обескуражив всех столь грубым тоном. — Я пишу рапорт Цветкову. Вы чего встали как истуканы?
— Борис, это правда опасно, — сказала Карина. — Безопасность должна быть превыше всего.
Новички тоже закивали.
— Ладно, пошли к Цветкову, — выдал недовольно физик.
***
— Как это: «Может, провести опыт»?! — воскликнул недовольно Фролов.
— Ну смотри, если нам нужно герметичное помещение, то нам нужен бункер. А его преждевременную разгерметизацию нужно согласовать с КГБ, или, как минимум, вступить с ними в полемику, чего я, например, не хочу! Подготовить этот бункер, а потом ещё всё убрать и обратно загерметизировать! В нашем штабе мы можем хоть бордель развести. Если шанс наихудшего исхода мал, то тестируйте здесь. Времени у нас немного, и каждый из вас это прекрасно знает!
— Вздор! — заявил Фролов и вышел из кабинета.
— Спасибо, Никит.
— Тем не менее, про технику безопасности не забывайте.
Ребята вновь спустились в подвал, принесли манекен и встали за дверью, снабдив Бориса и Фролова рациями.
— Мы закрыли дверь и все щели, можешь приступать, — заявил Савелий по рации. Если прислушаться, можно услышать его голос в рации товарища.
— Понял! — крикнул Пономарев, не желая идти за рацией на столе.
Он закатил рукава и взялся за оружие. Только сейчас мужчина понял, каким длинным оно является. И тяжелым.
Борис вскинул его и, подперев локтем, прицелился в манекен.
Для безопасности был сделан затвор, которого конструкторы не предусматривали. Выглядело это как длинный рычаг, который нужно прокрутить, а после дернуть вперед, и тогда оружие начнет выпускать фотонный луч.
Борис обхватил рычажок и крутанул его вперед. Оружие сразу начало издавать гул, вибрировать и нагреваться, а в дуле его виднелся светло-голубой свет.
Сердце наполнилось первобытным трепетом. Ребята создали не просто что-то новое, а то, что может перевернуть историю, чего ранее человеческий мозг не придумывал. Только сейчас мужчина осознал, какую работу они проделали. И что это лишь начало.
Выстрел это отлично показал. Резкий белый плотный свет начал прожигать дыру в маникене. Уже спустя пару секунд свет стал менее прозрачным и окончательно перерезал туловище манекена и сияние оказалось на стене, прожигая и её.
— НЕВЕРОЯТНО! — довольно закричал Пономарев, но ликование его длилось недолго. Свет резко погас и Борис почувствовал, как что-то в руке начало нагреваться.
Металл оружия поплавился, и, когда взгляд зацепился за это, тягучий расплав уже коснулся запястья.
— ТВОЮ МАТЬ! — закричал Борис от жгучей боли, но прикусил губу, чтобы не поднимать гул дальше. Он откинул винтовку, которая теперь была похожа на слизь, нежели на оружие.
Пономарев тут же стряхнул расплав и заметил, что на этом месте кожи не было — только чистое мясо.
И было больно. Очень больно.
КГБшник вернулся к рации и объявил:
— Испытание прошло успешно. И… вызовите скорую…