Сэр Гавейн не имел волшебного оружия, однако оказался в нужное время и в нужном месте. И самое главное, что он не растерялся, а нанёс единственный, но смертельный для врага удар.
И тут посыпались в брешь рептилоны. И захлестнула их волна стену щитов.
Не выдержали храбрые даны, попятились, и их строй распался. Началась бойня. Однако же, лёгкой добычи в этом бою для рептилонов не было. Помимо Виглафа были среди данов ещё два могучих воина, которые тоже бились большими топорами на длинных рукоятках. Вот три этих воина знатно рубили змеелюдов, и даже кое-кому из рептилонов перепадало. А уж рыцари и подавно — их мечи и пики вдоволь напились поганой крови змеиной.
Грохот, треск, вой, рёв и стон стояли над стенами замка Хеорот. Не знали пощады обе стороны. Один за одним падали замертво и люди, и рептилоны.
С жутким звериным воем в битву ворвалась Гренгель. И страшным тесаком своим тут же разрубила троих воинов. А следом за озверевшей рептилонихой в пролом вползал жуткий Линдворм-Змей.
Страшный удар тесака пришёлся на сэра Кэя. Если бы не щит Брикрен, простился бы с жизнью Тринадцатый Рыцарь. А так, лишь рухнул славный рыцарь в беспамятстве наземь. А тут могучий Беовульф и вонзил свой меч в брюхо рептилонихи. Пронзил Хрудинг тварь насквозь — словно и не было её непробиваемой чешуи.
Взревел тогда обезумевший Линдворм-Змей, рванул вперёд и обрушил удар могучей, как дуб, лапы на Беовульфа. И пал воин великий, пронзённый когтями чудовища. Ударил тогда хвостом Линдворм-Змей, и сбил с ног всех, и своих и чужих, в том числе и рыцарей вместе с их конями. Только лишь Дезимор и Саграмор не попали под удар огромного хвоста. Наклонив пики, рыцари пришпорили коней и устремились в атаку.
Первым ударил сэр Дезимор, однако его пика разлетелась в щепы об крепкую броню чудовища. Пика Кродерг сэра Саграмора лишь звякнула по чешуе Линдворм-Змея. Эта пика легко пробивала чешую обычных рептилонов, вполне возможно, что она смогла бы пробить и броню Гранделя, однако против защиты Змея она была бессильна. Тем временем сэр Дезимор выхватил свой меч Каладболг и нанёс мощный удар по задней лапе чудовища. Однако, этот славный меч лишь отскочил от брони Змея. Сэр Гавейн подхватил меч Беовульфа и ударил монстра в брюхо. Однако Хрудинг хоть и рубил высших рептилонов, словно тростник, однако чешую чудовища и он пробить не смог. В этот момент пришёл в себя сэр Кэй и, подбежав к монстру с другой стороны, ударил в бок Линдворм-Змея мечом Сигурда. А вот Бальмунг пропорол броню чудовища, и вошёл в его плоть. Страшно взвыл от боли Линдворм-Змей, и развернулся было для того, чтобы перекусить Тринадцатого Рыцаря. Однако тут к Змею подскочил сэр Галахад и с одного удара снёс голову чудовищу Мечом-Кладенцом.
Этот славный удар показал всем, что Меч-Кладенец самый великий из всех мечей.
Увидев этот удар, рептилоны бросились бежать.
Вскочив на лошадей, рыцари кинулись в погоню. Поскольку сэр Гавейн теперь завладел мечом павшего Беовульфа, то теперь все рыцари были вооружены особыми клинками. И гнали Рыцари Круглого Стола рептилонов, и рубили тварей бегущих, словно лозу.
Скрижаль 8 ПОСПЕШАТЬ СЛЕДУЕТ НЕСПЕША
Посекли рыцари всё войско змеиное. Лишь только два рептилона да три змеелюда в скалах укрылись. С тем и вернулись благородные всадники в Хеорот. Увидели тогда и ярл Хродгар, и вольный конунг Виглаф, что нет никого сильнее во всём свете, чем рыцари Артуровы.
Беовульфа, а также других павших героев предали огню и возвели большой курган на месте погребения их праха. Затем была тризна…
И ярл Хродгар, и вольный конунг Виглаф, и все рыцари признали, что сэр Гавейн, принявший меч Хрудинг из рук павшего Беовульфа, достоин владеть этим мечом.
Хотя были конечно же те, кто говорил, что сей меч должен взойти на костёр вместе с Беовульфом. Однако, когда сэр Галахад поведал защитникам замка Хеорот, что Рыцари Круглого Стола вскоре полезут в самое логово змеиное, то тут все согласились, что волшебный меч Хрудинг должен и дальше сечь рептилонов. А раз уж сей клинок оказался в руках сэра Гавейна, то значит таков его вюрд.
От доли в добыче рыцари отказались и убыли обратно ко двору короля Артура. Перед их отъездом Виглаф пообещал рыцарям, что как только изловят всех сбежавших тварей, он прибудет в Камелот.
Со своей доли трофеев Виглаф намерен был построить ещё кораблей и нанять воинов.