— Не думал, что ты говоришь серьезно, — признался Млый. — Считал, это метафора. А мары за нами не пойдут?
— Вот это вряд ли. Ведьмин круг не всегда удается проскочить безнаказанно. Можно просто погибнуть.
— Да ты знаешь, сколько я видел таких кругов, — неожиданно рассердился Млый. — На них хоть прыгай, хоть топай, ничего не случится.
— Конечно, — охотно согласился дасу. — Если не знаешь, с чем имеешь дело, вряд ли случится хорошее. Можно сгинуть, и все.
— А я говорю — ничего не произойдет!
— Хочешь попробовать еще разок? — вдруг предложил дасу. — Смотри, существует и обратный выход, — он указал на край поляны, где таким же правильным кругом выстроились грибы, только на сей раз с толстыми розовыми ножками и покрытыми белой бахромой шляпками. — Попробуй, чего тебе стоит? Я уверен, что мары все еще ждут тебя там, в степи.
— Ладно, убедил, — неохотно согласился Млый. — И где же мы теперь оказались?
— Там, где нас пока не станут искать. Ты ведь хотел найти время для передышки.
Млый подобрал меч, засунул его в ножны и с любопытством осмотрелся. Покрытую мхом поляну плотно обступали деревья.
Ничего похожего на сухой лес, по которому он когда-то путешествовал к кораблю. Буйная зелень подлеска не давала взгляду углубиться в чащу. Кроны лиственных и хвойных деревьев иногда почти касались земли. Куда идти, непонятно.
— Может быть, остановимся прямо здесь? — спросил Млый. — А мы не заблудимся?
— Глупый вопрос для охотника, — проворчал дасу. — Остановиться можно, конечно, и здесь. Но, кажется, я знаю место получше. Где-то недалеко должен быть дом Лиха Одноглазого.
— Тоже демон, да? — озадаченно спросил Млый. — Род мне о нем рассказывал, когда я был маленьким. Есть такая сказка.
— Вот сейчас со своей сказкой и встретишься, — дасу ловко поднырнул под низкую ветку. — Если повезет. Или не повезет, — почему-то добавил он.
— Лихо — имя нарицательное, — заупрямился Млый. — Образ.
— А образ у него такой, — игнорируя его размышления, продолжил дасу. — Высотой в два твоих роста, руки-плети и стальной зуб.
— Зачем же нам тогда искать его дом? На сегодня схваток достаточно. Я отдохнуть хочу.
— Я точно знаю, что дом пока пустует. Лихо редко сидит на месте. Бродит сейчас где-нибудь возле моря, охает. Ему Отшельники сильно не нравятся. Или, скорее всего, играет с Усыней в кости. Лихо обычно ставит на кон свой стальной зуб, а Усыня, естественно, усы. Но, как правило, остаются при своих.
— У каждого свои забавы, — пробормотал себе под нос Млый. — Только что мы в этом доме не видели?
Как ни тихо говорил Млый, дасу его все же услышал.
— Отшельников мы там не видели и не увидим. Лихо их крепко потрепал несколько дней назад. Еле ноги унесли.
— Не все у вас, оказывается, в Нави лад да покой, — усмехнулся Млый. — Между собой тоже ссоритесь.
Поспевать за дасу было трудно. Там, где жужелица без труда таранила кусты, Млыю приходилось продираться, отодвигая в сторону ветки и запинаясь о корневища. Паутина липла к лицу и одежде. Даже намека на тропинку пока обнаружить не удавалось.
— Да здесь не живет никто! — в отчаянье крикнул Млый в очередной раз, едва увернувшись от сучка, целившего ему прямо в глаз. — И теперь понятно, почему Лихо — одноглазое.
— Почти пришли, — коротко отозвался дасу. — Вот!
В просвете между деревьями показался тын, составленный даже не из бревен, а из целых стволов. Заметить его непривычному глазу было трудно. Над тыном едва возвышалась плоская крыша, крытая стволами потоньше. Больше всего жилище Лиха напоминало тесный охотничий лабаз, не предназначенный для ночевок и служащий лишь хранилищем припасов.
— Уютные хоромы, — Млый остановился рядом с дасу. — Ты уверен, что гостям будут рады?
— Никто еще не отказывал в гостеприимстве Сторожичу, — хвастливо воскликнул дасу. — Игоша, отворяй!
Про Игошу раньше Сторожич не говорил ни слова, но когда в тыне, кряхтя, открылся узкий лаз и Млый увидел маленького забавного уродца со встрепанной рыжей шевелюрой, то без труда определил — домовой. Короткие ручки и ножки домового были нелепо приделаны к крепкому туловищу, он смешно переваливался при ходьбе, но это не мешало Игоше быстро, как мячику, кататься по двору, успевая везде.
— Нет хозяина! — крикнул Игоша, но тут же быстро отступил от лаза, освобождая проход. — Сторожич, я не узнал тебя, — признался домовой. — Но раз ты здесь, заходи.
— Пошли, — бросил на ходу дасу и, показывая пример, первым нырнул в лаз.
Согнувшись в три погибели, чуть не на коленях Млый протиснулся внутрь. Двор по сравнению с двором Рода или Велеса выглядел тесным и захламленным. Наломанные, а не нарубленные дрова валялись большой кучей около кособокого сарая. Единственная ступенька ведущего в дом крыльца высотой доходила Млыю почти до пояса.