И вдруг девушка тоненько закричала. Но в этом крике не было ожесточения или отчаянья, а одна лишь покорность судьбе, словно она была уже мертва.
Почти в то же мгновение Млый увидел василиска. Тот полз к площадке, наполовину погрузившись в грязь. Перегнившие стебли травы густо облепили бока чудовища, обмотались вокруг гребней спины и почти прикрывали отсвечивающие медью короткие крылья, неспособные к полету.
Девушка кричала на одной ровной ноте, останавливаясь лишь для того, чтобы набрать в грудь воздуха. Глаза ее были широко распахнуты и неподвижны.
— Назад! — тихо, но отчетливо приказал Меченый. — Не ввязывайся!
Млый бы и не ввязался, будь он один. Если бы некого было защищать. Если бы он не видел глаз девушки и не слышал ее крика. Он бы затаился и постарался даже не дышать, такое отвращение и ужас внушал василиск, неотвратимо приближающийся к своей жертве. Но, воспитанный Родом, он знал — нет прощения струсившему перед силой, готовой обидеть слабого. Как же тогда жить дальше!
Двумя руками Млый вытянул из-за спины длинный боевой меч. Теперь, когда решение принято, медлить нельзя.
Он раздраженно дернул плечом, почувствовав придерживающую его руку охотника — вот только бы теперь не мешался, если не может помочь.
Песня Других зазвучала оглушительно, перекрывая тонкий девичий крик. Млый побежал вперед, уже не боясь шума шагов — не услышат. Поддерживая меч плечом, он бежал по топкой грязи и хорошо видел свою цель — основание короткой шеи василиска, сразу же за медными кургузыми крыльями. Млый поравнялся с длинным, словно бессильно волочащимся хвостом, перепрыгнул одну из лап, мысленно моля лишь об одном — только бы ящер не обернулся.
Хорошо было видно, как при каждом медлительном шаге василиска, колеблются острые шипы на его спине. Вот еще чуть-чуть и надо прыгнуть вперед, чтобы с лету вонзить меч.
Млый был уже готов это сделать, когда коротко свистнула свалившаяся сверху стрела. Пущенная почти вертикально, она по крутой дуге упала вниз — точно в левый глаз василиска.
Ящер дернулся, и неожиданно казавшееся неуклюжим тело вскинулось вверх, так что оторвались от земли короткие передние лапы. Безумный яростный рев перекрыл все остальные звуки. Теперь Млый видел и запрокинутую назад морду с торчащей из левой глазницы стрелой. Другой, налитый кровью глаз свирепо вращался, пытаясь отыскать обидчика.
Только бы не увидел!
Млый, как бревно, перепрыгнул громадное туловище и нанес удар сбоку, со стороны ослепшего глаза. Меч словно погрузился в вязкую глину и вдруг оказался зажатым намертво, возможно, застряв в шейном хряще. Дернулось медное крыло, и Млый едва успел пригнуться. Попади оно в цель, битва была бы закончена.
Второй, набедренный меч был коротковат, это Млый понял сразу. Прорубить шею василиска им не удастся. Оставалось одно — вскочить ящеру на спину и поразить его в мозг. Впрочем, особенно раздумывать некогда. Тело василиска конвульсивно сокращалось, лапы молотили болото, поднимая фонтаны брызг. Еще раз свистнуло в воздухе медное крыло.
Млый собрался и подпрыгнул, уцепившись одной рукой за гребень спины. Оседлав вначале ящера, как коня, он поднялся на ноги, ежесекундно рискуя потерять равновесие и свалиться. Сверху упала вторая стрела, посланная Меченым, но на этот раз едва оцарапала морду василиска. Ящер в очередной раз запрокинул голову, желая увидеть, с кем он бьется. Если бы было возможно, то Млый отвернулся, но вот этого как раз делать нельзя. Да он и не думал об этом. Примерившись еще раз, он резко качнулся вперед и, зажав меч обеими руками, словно это был нож, вонзил его между выпуклыми костяными надбровьями. На этот раз судорога была настолько сильной, что Млый не удержался и упал в грязь.
Он упал в грязь лицом, так что болотная жижа хлынула в уши, и Млый на мгновение оглох. Еще раз дрогнула земля, это где-то совсем рядом ступила тяжелая лапа. Затем раздался такой мощный удар, что тело Млыя закачалось, как в люльке.
Все, пронеслось в голове, это конец.
Но его уже поднимали, обхватив под мышки, крепкие руки охотника. Млый отстранился, вытер с лица грязь, шагнул вперед и споткнулся о гигантскую перепончатую лапу. Рыхлое тело василиска оставалось неподвижным.
— Только не смотри, — сразу предупредил Меченый, и Млый понял, куда смотреть не следует. Даже мертвый василиск был способен поразить взглядом.
Первым делом он сразу же взглянул в сторону требища. Другие теперь стояли, повернувшись к нему лицами. Ни тени благодарности не увидел в их глазах юноша, а только безмерный ужас.