Бруно умело расставил посты, они создавали несколько степеней защиты и выглядели вполне надежными. Существовал даже наружный пост, самый, наверное, опасный. На пятачок к входу в бункер килоты прорваться так и не смогли. Там установили несколько катапульт на манер той, что имелась у Архимеда — огонь оставался самым надежным оружием.
Внимательно изучив план подземных коммуникаций, Млый убедился, что катакомбы пронизывают весь город. По коридорам и бывшим шахтам метро можно добраться в любую точку и даже выйти в степь. Главным препятствием было, конечно, зверье, обитавшее под землей. К тому же, килоты также пробрались под землю и блокировали переходы, так что еще неизвестно, где лучше было сражаться с ними — здесь, около бункера, или все же поднявшись на поверхность.
Уверенность Млыя, что надо предпринимать решительные действия, крепла с каждым днем. Сколько бы они не уничтожали килотов, у Отшельников имелось достаточно человеческого материала, чтобы лепить новых бойцов. На поверхности оставались еще люди, их судьба была неизвестна, постоянные нападения на посты также уносили две-три жизни ежесуточно, чтобы вернуться потом новой смертью.
В свободное от дежурства время Млый тайком от Бруно, договорившись лишь с часовыми, пытался проникнуть в коридоры вне жилых помещений, но каждый раз вынужден был возвращаться ни с чем. Крыс он чувствовал на расстоянии, пробиться через их стаи можно только группой, расчищая дорогу огненными зарядами катапульт; в глубокой вертикальной шахте, через которую Млый собирался попасть на другой этаж и выйти хотя бы к библиотеке, обнаружился Белый крот; верхние этажи плотно оккупировали килоты. Присутствия Отшельников не ощущалось совсем.
Еще Млый рассчитывал на ментальную связь, если не с самими Отшельниками, то хотя бы с Архимедом, который теперь оказался полностью отрезанным от внешнего мира в своем бомбоубежище, но заработал лишь сильную головную боль.
Окончательно испортились отношения с Региной. В тесноте подземелья на отдельную комнату рассчитывать не приходилось, вся жизнь колонии проходила друг у друга на глазах, а Регина совсем не собиралась менять что-то в их личных отношениях. Нравы среди умников царили вполне свободные, женщин всегда было меньше, чем мужчин, и крепкие семейные союзы негласно не поощрялись. Испытывая сильный стыд, Млый несколько раз отвергал попытки Регины затащить его в постель, что вызывало ее жестокие насмешки, и в конце концов Регина нашла себе нового избранника — здоровенного и туповатого бойца Лео. Млый же к старой кличке Язычник получил новую — Слабак. Правда так к нему обращалась только Регина.
Ольга все это время держалась на расстоянии, но Млый сам каждый день находил повод навестить ее. Платонические ухаживания Млыя также не остались незамеченными и вызывали бурное обсуждение среди бойцов. Жизнь в подземелье становилась невыносимой.
В эти дни Млый зачастил в гости к профессору Поспелову, отводя душу в долгих разговорах.
Сильно жалея о потерянной лаборатории, профессор основное время проводил в командном пункте. В подчинении у него остались лишь два подростка — Пол и Толик. Они копались в пульте, сняв защитный кожух, дни и ночи разбирались в схеме и отчаянно спорили о предназначении того или иного узла. К этой детской возне Бруно относился спокойно, не ожидая результата, но и не мешая, видимо следуя поговорке — чем бы дитя не тешилось… Профессор действительно своей увлеченностью напоминал ребенка-переростка, но первая недоверчивость, с которой он встретил когда-то Млыя, сменилась позже откровенной привязанностью. Действительно, вряд ли бы среди умников у него нашелся еще хотя бы один такой благодарный слушатель.
— Космические путешествия, мечта человечества, — бормотал профессор, быстро потирая маленькие ручки, — может, это и было когда-то. Но прошло. А твои фантазии насчет рождения в космосе, уверен, всего лишь фантазии. Был, говоришь, на корабле, смотрел фильмы. Допускаю, что смотрел, ну и свихнулся на этом.
— Разве ты не читал об этом в книгах? Вся библиотека раньше была в вашем распоряжении!
— Нам бы чего попрактичнее. Кое-что читали, конечно. Например, как в полевых условиях запустить биосинтезатор.
— Дался вам этот биосинтезатор! Оружие на складах раскопали, одеждой старой пользуетесь, город поделили на секторы — вот и все ваши достижения.
— А ты знаешь, что было еще три десятка лет назад? Не знаешь. А туда же, судить берешься. В степи хоть все на натуральном хозяйстве держится, а здесь был мор и разруха.