Выбрать главу

— Чай будешь? Или ужинать? — Елка хозяйничала на кухне, быстро перемещаясь между разделочным столом, холодильником и мойкой. — У меня и еды-то особо нет, гостей не ждала. Сейчас приготовлю что-нибудь. — И ни словом не обмолвилась ни о каких своих обидах, ни о тех проблемах, которые Шувалов создал ей своим уходом из танцевальной студии.

Возможно, Елка и хотела бы поговорить об этом, но не стала, посчитав момент неподходящим. Женя был ей за это благодарен. Он, конечно, объяснит, когда с Пармой все уладит. Сейчас важнее всего Рыжуля.

— Если можно, то ужинать. Я есть хочу, — честно признался Женя. — Но сначала надо миску найти для воды. Поставим тут где-нибудь.

— Ищу уже! — Девушка гремела кастрюлями в посудном шкафу. — Вот эта подойдет? — Она продемонстрировала Жене миску из нержавейки.

— В самый раз. — Женя привычно уселся за стол.

— Может, ей в комнату отнести?

— Здесь найдет. Все равно сейчас на кухню причапает.

— Чем же мне тебя накормить, — Елка была уже у холодильника, раскрыла его и осматривала запасы. — Та-а-ак, что у нас есть, яйца, помидорки, сыр, молоко. Омлет будешь?

— Конечно!

— Тогда мой руки и начинай мне помогать. Расселся, как барин на именинах, — фыркнула Елка.

Все было настолько привычным! Будто и не прошло тех нескольких недель, что они с Шуваловым не жили вместе. И как же она скучала по своему рыжему соседу! Вот не хватало его на кухне. А сейчас — сидит перед ней Женя Шувалов собственной персоной. Взбивает яйца для омлета и несет какую-то дичь про ветеринаров-садистов.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ты представляешь? — Венчик в руке Шувалова равномерно поднимался и опускался в молочно-яичную смесь. — Они хотят ее отравить!

— В смысле? — Елка даже приостановилась и перестала нарезать помидоры.

— Врачиха так и сказала. Кровотечение, летальный исход.

— Ужас какой!

— Или стерилизацию предлагала.

— Зачем?! — Нож снова застучал по доске. Елка закончила с помидорами и теперь нарезала лук.

— А у них так положено. Собакам аборты делают только если здоровый кобель маленькую собачку покрыл. Тогда показания есть. А так, если просто хозяину взбрело — то стерилизация. Но это официально. И за деньги что хочешь сделают.

— Так что с Пармой решили? Взбивай, взбивай еще, — скомандовала она.

— Да взбиваю я. — Шувалов удвоил усилия по манипуляциям с венчиком. — Что-что… То и решили. Лекарство ей давать, от которых может быть летальный исход. Только я к тому времени увел Пармочку из клиники. Диме позвонил. Он занят был, говорит звони Софии.

— А это кто? — Помидоры и лук зашипели в кипящем на сковороде масле.

— Заводчица.

— И что? — Елка принялась помешивать зажарку.

— Орать начала. Велела мне с Пармой в клинку возвращаться.

— А ты?

— Я тебе позвонил и сюда приехал.

— Ясно. Все, хватит взбивать. Давай сюда. И натри сыр. — Елка залила помидоры взбитыми яйцами, приподняла сковородку, встряхнула и опять поставила на огонь. Прикрыла крышкой. Молча распахнула дверцы навесной полки, достала тарелки, а из выдвижного ящика разделочного стола — приборы. Выставила на стол и чашки, и печенье в вазочке, сахарницу, розетки для варенья.

Женя наблюдал за ней. Как она складывает в мойку использованную миску, венчик, разделочную доску. Все было настолько привычным. И Шувалов не сомневался, что Елка ему поможет. Только чем? При склонности Ленского к дедукции, место, где Женя попытается спрятать Парму, Дмитрий вычислит, как нехрен делать. Вопрос времени. Раскидает срочные дела и… О том, что будет после “и” Шувалов и подумать боялся. Но не отдавать Рыжулю Дмитрию — решил твердо.

Как только по кухне начал разноситься вкусный запах готовящегося омлета, в дверь просунулась рыжая морда Пармы.

— Смотри! Я же говорил, что придет. Пармочка! — протянул руку Женя. Рыжуля тут же подбежала, принимая жест за приглашение и одобрение.

— А собаку мы чем кормить будем? — спросила елка. — Что она ест?

— Сухой корм премиум класса.

— И где я его возьму этот корм?

— Я сейчас закажу, — сказал Женя и достал мобильный.

На второй конфорке, выпуская из носика струйку пара, засвистел чайник. Елка заварила чай во френч-прессе, поставила его на стол, выключила огонь под сковородой и села за стол напротив Жени.