В итоге урчащий желудок победил тщеславие. Я рассудил, что раз все уже видели меня вчера, то сегодня я не буду такой уж диковинкой и меня оставят в покое.
Как же я ошибался. Прием, который мне оказали, разительно отличался от моего первого визита.
О да, на меня всё так же пялились, но теперь потому, что меня все знали. Слухи о моей драке разлетелись по городу со скоростью лесного пожара. Кажется, тот факт, что я почти подорвался в бою и всё равно смог надрать задницу нападавшему вчера, резко поднял мой статус в глазах местных.
— Рад тебя видеть, Адам! — крикнул кто-то, пока я шел к свободному табурету у стойки.
— Слышал, ты вчера задал ему жару! — отозвался другой.
— Нам нужны такие люди для защиты города! — подхватил третий.
Похоже, шеф О'Шонесси развернул целую кампанию по моему удержанию в городе и привлек к этому всё население.
Все в закусочной были дружелюбны: улыбались, махали или здоровались. Все, кроме одного человека в углу. У него были маленькие темные глаза-бусинки и комбовер (зачес лысины), который никого не обманывал. Он свирепо поглядывал в мою сторону каждый раз, когда я поворачивался. А поворачивался я часто. Я заметил у него на лице синяк, а одна рука была прижата к боку, словно у него болели ребра.
Старик в кепке John Deere, который помогал мне вчера, сидел за столом с компанией других пожилых мужчин.
— Рад видеть, что ты на ногах, хотя, похоже, смотреть тебе трудновато, — заметил он.
— Иду на поправку, — ответил я с улыбкой, садясь за стойку и переворачивая чашку. — Я вчера не успел поблагодарить вас за помощь. Спасибо.
Он усмехнулся:
— Да я почти ничего не сделал, просто проследил, чтобы ты не упал.
— Этого было вполне достаточно.
Официантка тут же наполнила мою чашку кофе с приветливой улыбкой.
— Ходят слухи, что ты станешь новым офицером полиции Хейвен-Спрингс.
— Ну, я еще не принял предложение.
— Но ведь примешь, верно?
Я одарил её флиртующей улыбкой, которая, подозреваю, смотрелась не так эффектно с моими фингалами.
— Пока взвешиваю варианты.
Я уткнулся в меню, надеясь, что она поймет намек. К счастью, она ушла обслуживать других клиентов.
Надо признать, шеф О'Шонесси был прав: город готов принять меня с распростертыми объятиями. Но я знал, что если останусь, искушение заполучить Лэйни в свои объятия (и постель) будет слишком велико. И это станет крахом для нас обоих.
В Ланкасле, может, и есть светофоры, но я всё равно знаю, как устроены маленькие города. От такого скандала можно оправиться, только если уехать. Мне-то это просто, а у неё здесь вся жизнь. Для неё это не вариант. Нет, лучше мне уехать и оставить её в покое. Может, когда-нибудь найдется достойный мужчина, который сможет справиться со всеми «О» в её жизни. Хотя мне трудно было поверить, что кто-то действительно её достоин.
Интересно, как она выглядит, когда... Черт, я представил её раскрасневшееся лицо, растрепанные волосы, мечтательную улыбку...
В штанах стало тесно, и совесть тут же закричала: «Прекрати это немедленно!»
Снова появилась официантка с блокнотом.
— Готов сделать заказ, дорогуша?
Я толком и не смотрел в меню, так как был занят фантазиями об оргазме Лэйни Бомонт. К счастью, я вспомнил, что мне понравился завтрак в прошлый раз.
— Мне омлет «Папаша». Тосты из цельнозерновой пшеницы и хашбраун.
— Ты заказывал это в прошлый раз. Должно быть, очень понравилось.
— Вы помните мой заказ?
Она подмигнула:
— Это моя работа, сахарок. — И с ухмылкой направилась к кухонному окну.
Да уж, нет ни единого шанса, что я смогу довести Лэйни до оргазма, и об этом не узнает весь чертов город.
После завтрака я решил зайти на автовокзал и узнать насчет билета до Массачусетса на вторник. К тому времени я должен окончательно поправиться. Надеюсь, этого времени не хватит, чтобы я влип в неприятности.
Глава девятнадцатая
Лэйни
Пекарня закрылась в полдень. Мы с моей сотрудницей Мари быстро прибрались. Заперев за ней дверь, я направилась в квартиру, надеясь немного поиграть в Candy Crush, пока Конор не проснулся. Всё что угодно, лишь бы не думать о том, что Адам сегодня так и не зашел.
«В чем дело? Неужели у него нашлись дела поважнее?»
Я тут же одернула себя. Довольно самонадеянно думать, что в Хейвен-Спрингс ему нечем заняться, кроме как заходить к тебе.