Голос брата прогремел из динамика: — А где та пекарня, в которой ты жил?
— На той же улице, кварталом выше. И не вздумай соваться туда без меня!
Я пожалел об этом в ту же секунду, как слова сорвались с губ, потому что именно туда он теперь и направится.
— Это еще почему? Боишься, она будет сражена моим обаянием и поймет, что я — лучший из братьев Каллахан?
— Да, именно. Ты меня раскусил. Тебя не проведешь, братишка.
— Не переживай, я тебя разрекламирую.
— Или-и-и-и ты мог бы просто подождать нас у Клэя.
— В обычных условиях я бы согласился, но то, как сильно ты не хочешь меня туда пускать, заставляет меня хотеть этого вдвойне.
— Я имел в виду... я очень не хочу, чтобы ты шел к Клэю!
— Окей, тогда не пойду. Встретимся в пекарне. До связи!
Прежде чем я успел возразить, этот засранец повесил трубку.
Лэйни
Я поняла, кто этот незнакомец, в ту же секунду, как он переступил порог пекарни. Одной походки было достаточно — она была идентична походке его младшего брата. Но когда он подошел к прилавку и я увидела, насколько они похожи лицом, все сомнения отпали.
Он изучал ассортимент за витриной, и я подсказала: — Любимое лакомство вашего брата — черничный тарт или круассан.
Он не удивился тому, что я его узнала, и демонстративно оглядел меня с ног до до головы, насколько позволял прилавок. Наконец он протянул:
— Что ж, вкус у него явно отменный. Возьму и то, и другое.
Эта самоуверенная ухмылка, видимо, была семейной чертой.
Я ответила ему тем же и подмигнула: — Сию минуту. Желаете что-нибудь выпить? Кофе, чай, газировка?
— Я за рулем два дня, кофе в меня уже не лезет. Возьму колу и воду.
Пока он расплачивался, он окинул взглядом почти пустой зал и спросил: — Уделишь мне немного времени? Посидишь со мной?
Адам
Я вошел в пекарню и обреченно опустил голову.
Твою мать.
Алан и Лэйни сидели за столиком у кассы и оба хохотали. И это не было вежливое «ха-ха, как мило». Нет, это был тот самый смех, от которого у Лэйни на глазах выступили слезы.
Алан увидел меня первым, вскочил, раскинув руки, и воскликнул: — А вот и он! — Его мощный голос эхом отозвался от стен.
Черт, как же я был рад его видеть. Я не раздумывая шагнул в его объятия, и мы простояли так гораздо дольше положенных трех секунд. Наконец мы отстранились, но он продолжал держать руку на моем затылке, сияя как начищенный медный таз.
— Я скучал, бро!
— Я тоже скучал! Спасибо, что приехал.
— Да брось. Лэйни тут просветила меня насчет местных событий. Ну и дичь у вас тут творится! Ты до сих пор не поймал того типа, который на тебя прыгнул?
— Нет, пока нет.
— То есть эти два случая не связаны? Каковы шансы?
Брайан подал голос: — На мой взгляд, ничтожно малы.
Я добавил: — Но мы пока не смогли связать кого-то еще со сталкером Лэйни.
Алан посмотрел на Брайана, будто только что его заметил, и протянул руку.
— Ты, должно быть, Брайан. Алан Каллахан, приятно познакомиться.
— Взаимно. Круто, что ты приехал из такого далека.
— Ну, я решил: раз мой младший брат не горит желанием видеть семью после увольнения из морпехов, я сам к нему приеду.
— Всё не так, и ты это знаешь.
Алан повернулся ко мне с ухмылкой: — Знаю, я просто тебя подначиваю. Давно этого не делал!
Лэйни встала и сказала: — Мне пора за работу, но, Алан, было очень приятно познакомиться. — Она кивнула нам с Брайаном: — Джентльмены, рада видеть вас, как и всегда.
Она отошла на три шага, когда я окликнул её: — Эй, черничные тарты еще остались?
Она зашла за прилавок и вернулась с пакетом.
— Конечно, я приберегла для тебя последний. Твой брат за него заплатил.
Я улыбнулся ему: — О, спасибо, мал... то есть, старшой.
Алан, который был на дюйм выше меня, посмотрел через мою голову на Лэйни и спросил: — В семь тридцать сегодня? Обязательно бери своего пацана.
— Принесу и ребенка, и черничное вино.
Они переглянулись и одновременно прыснули со смеху, что меня жутко взбесило.
— Что? Вы провели вместе тридцать минут и у вас уже свои шуточки?
Алан хлопнул меня по плечу: — Да не бери в голову. Она рассказывала, как ты любишь черничные тарты, и это напомнило мне мой последний поход в «Флэнниганс». Я наблюдал за бедной девчонкой на свидании вслепую. Они заказали бутылку черничного вина, и парень всё трындел, какое оно легкое, раз такое вкусное. Она ткнула его носом в этикетку, где было написано восемнадцать градусов. Но он, осушив почти всю первую бутылку, заказал вторую. А через час его вывернуло этим черничным вином прямо на её босоножки.