- Ну что, наш Чайльд Гарольд, - потягиваясь и зевая, сказала Джулия. - Так, значит, покинув Италию, ты все эти годы потратил на поиски Эльдорадо? И чем тебе родина-то не угодила? По-твоему, счастье в деньгах?
- Бездельник, развращенный ленью; как мотылек, резвился он, порхая; свой век он посвящал лишь развлеченьям праздным; и в мире был он одинок, - поскучневшим голосом подытожил Кристиан, после чего занялся своим, уже остывшим, чаем.
- Я не таков, каким меня вы описали, - запальчиво возразил Федерико. - Хоть я и гол как сокол, оскорблений я не допущу! Так что, синьор, извольте драться!
- Драться на ночь глядя? - изумленно вскинул брови Кимура. - Что ж, ваше гостеприимство терпел я целый день. Пора и поразмяться.
- Прекратите, оба! - вскричала Венто, вскакивая с места.
Ее призыв остался без внимания, а дуэлянты в секунду освободили пространство, сдвинув в угол всю лишнюю мебель. На улице было слишком темно, чтобы устраивать там поединок.
- Мой стиль кунг-фу, - сказал Кимура, становясь в начальную позицию.
- Кунг-что?! - презрительно переспросил Федерико. - Ах, да! Китайские штучки у вас, узкоглазых, в ходу.
Как выяснилось, его хлебом не корми - дай побравировать да над соперником поглумиться. А соперник тот, что камень: не берет его ни меткое словцо, ни язвительная насмешка.
- Вы, синьор, похожи на борца с преступностью, - выдал Федерико, засучив рукава и приблизившись к противнику, помахивая кулаками. - Больно уж мрачны.
- А я и есть, - сосредоточенно произнес Кристиан, принимая оборонительную позу. - За нами по пятам вот уже который месяц идет мафия.
- Что-о-о? - остолбенел искатель счастья. - Мафия?! Какая мафия?
Пользуясь случаем, Кристиан нанес ему один из своих обезвреживающих ударов, отчего тот с сипением отлетел в угол, где были сложены стулья.
- Мафия Морриса Дезастро!
- О горе мне! - простонал Федерико. - Ohime! [46]
- Что такое? - в один голос воскликнули Джулия и Кристиан.
- Моррис заказал мою голову на блюде под татарским соусом. И раз вы здесь, я больше не жилец, - сказал он, поднимаясь с груды поломанной мебели. - Дом наверняка окружен.
- Я бы не спешила со столь однозначными выводами. Хвоста ведь за нами не было. А если и был, с твоим виртуозным вождением мы от него наверняка избавились.
- Ты меня успокоила, сестричка, - Испустив вздох чахоточного больного, Федерико повалился на изъеденную молью перину. - Ваша взяла, синьор... как вас там... Кимура. Деретесь отменно, однако я бы посоветовал вам поизучать кулачные бои.
С такими словами двоюродный братец Джулии захрапел, как паровоз.
- Хм, и зачем это мафии понадобилась его голова? - проронила она, оттягивая пояс своего «бального» платья.
- По-моему, его беспокойство не стоит и выеденного яйца, - высказался человек-в-черном, расхаживая по комнате. - Меня больше тревожит, где мы переночуем. Твой кузен -настоящий грязнуля, доложу я тебе.
- Да-а, понятия не имею, где нам здесь примоститься. Пыль, паутина, какие-то ошметки... Фи!
- Точнее и не выразишься! - рассмеялся Кимура.
Они заночевали на открытом воздухе, выволочив из дома два более или менее приличных спальных мешка, и стрекот цикад представлялся им колыбельной мелодией, по сравнению с жутким храпом «Чайльд Гарольда».
- Будь я на месте Морриса, я бы тоже, наверное, потребовал его голову, лишь бы только никогда не слышать этих ужасных звуков, - сказал Кристиан сквозь сон.
Опрокинутое над ними небо мерцало мириадами ярких точек, и, вместо того, чтобы спать, Джулия выискивала созвездия да гадала, где сияет полярная звезда. Какой-то жук надоедливо жужжал у нее над ухом, из рощи слышалось уханье и запоздалая птичья возня.
«Не мог Федерико вот так взять и ни с того ни с сего отключиться, - подумала она внезапно. - Притворщик. Решил от нас отделаться. Интересно, чем он занят теперь».
А Федерико полежал-полежал, нащупал впотьмах свечку, да и стал собирать вещички, которых у него было раз, два и обчелся.
«Что делать с камнем? Что с камнем-то делать? - судорожно думал он. - Коль меня схватят, камень отберут, а самого в море потопят или пристрелят, как собаку. Э, так пусть им лучше ничего не достанется!»
«Сестричка двоюродная хороша стала, - облизывался он, приотворяя дверь. - В другое время, может быть, и приударил бы за ней. Да если бы не этот азиат, я бы уж давно что-нибудь предпринял... Достаточно ли в двигателе масла, а? - вдруг озаботился он. - Бензина-то пара канистр найдется, а вот масла... Ну, да ладно. В любом случае, голыми руками Моррис меня не возьмет! Не на того напал!»
Джулию, которая задремала к рассвету, разбудили громкие выхлопы, и, к тому моменту, как она протерла глаза, грузовик благополучно скрылся из виду. Ее спальный мешок был мокр от росы, а рюкзак, где она держала костюм для тайцзи, выглядел так, словно его основательно поваляли в грязи.
«Уехал... - пронеслось у нее в голове. - Стоп! Что значит уехал?!»
Потрясение ее было столь велико, что она на минуту забыла, где находится. Не удосужившись расстегнуть молнию на мешке, она вскочила на ноги, но, не устояв, упала носом в траву, и из ее уст сами собой вырвались слова, какие добропорядочной синьорине произносить не положено.
- Ах негодяй, ах плут! Бросить меня наедине с этим... с этим... Ух, я ему! - негодовала она, сражаясь со спальником. В неравной схватке ее нарядное платье лишилось нескольких оборок, измазалось в травяном соке и под конец дало по шву изрядную трещину.
- Всё наперекосяк! - всхлипнула она, неподвижно сев на земле. - Хоть ты плачь!
Она собиралась в точности осуществить сие намерение, когда сзади к ней подобрался Кристиан и опасливо тронул ее за плечо.
- Ты опять светишься, дорогая.
- Я вам не дорогая, ясно?! - огрызнулась Джулия, исходя слезами. - И перестаньте уже ко мне цепляться! То я свечусь, то я убегаю, то смотрю косо! Вы мне опостыли!
Кимура стоически выслушал эти и прочие обвинения в свой адрес, отвел с ее лица слипшиеся пряди и проникновенно произнес:
- Твой брат уехал, но миссия не выполнена. Без твоей помощи мне нечего и надеяться распутать это дело. Посмотри, что оставил нам на прощанье Федерико.
Он раскрыл перед нею ладонь, где, в обрамлении коричневого пергамента, сверкая и переливаясь, лежал невероятных размеров бриллиант.
- О небо! - вскрикнула Венто, зажав руками рот. - Так вот, значит, о каком богатстве шла речь, когда он разливался предо мною соловьем! Хорошо же дельце, если нас порешат из-за какого-то прозрачного осколка.
- Из-за шлифованного прозрачного осколка, - поправил Кристиан. - Он стоит миллиарды.
Путаясь в спальном мешке, Джулия отпрянула от учителя с расширенными от ужаса глазами.