- Спрячьте! Спрячьте скорей! Он нас погубит!
Ее просьбе Кимура не внял. Сощурившись, он вскочил на ноги, и его взметнувшийся плащ на миг заслонил от девушки небо.
- К нам гости, - напряженно проговорил он, всматриваясь в даль. - Ибо полагать, что обыватели-греки увлекаются пробежкой в столь ранние часы, да еще в сотне километров от цивилизации, было бы неразумно.
- По нашу душу, да? Я так и знала, так и знала! - рассердилась вдруг Джулия и, встав, принялась стягивать через голову платье.
- Что ты делаешь? - удивился Кристиан.
- В отличие от моего бесхребетного братца, я не собираюсь сдаваться! - глухо отозвалась та, рискуя задохнуться в корсете. Минутой погодя она, согнувшись в три погибели, уже вытаскивала из портфеля белое боевое кимоно, поскольку другой одежды у нее с собой не было. А платье нашло свое место под забором в виде груды ненужного тряпья. - Они еще пожалеют, что с нами связались!
- Следует отдать должное тому, кто в столь краткие сроки после зимы сумел приобрести ровный шоколадный загар! - сказал Кристиан, различив фигуру одинокого спринтера. - И гидразин меня разбери, если это не женщина!
- Коль женщина, не жди победы легкой, - насупясь, прокомментировала Джулия. - Могу я собственноручно выцарапать ей глаза?
- Зачем?
- Моррис не глуп, он знает, кого посылать. А если бегунья лишь отвлекающий элемент, вы возьмете на себя главного противника. Не исключено, что он готовится к прыжку, скажем, вон в тех зарослях. Там как раз нет ограждения.
- Да, ты права. Дезастро мастак организовывать засады!
Сражаться бок о бок со своим учеником - мечта любого мастера кунг-фу, однако если ученик горд и своенравен, никогда нельзя знать, что он выкинет в решающий момент.
Кристиан являл собою образчик бесстрашного воина. Он прокручивал в уме приемы и стратегические ходы, чтобы разом покончить с врагом, не оставив ему ни шанса на победу. А Джулия, в гордости и своенравии которой не приходилось сомневаться, обогнула сложенную у забора поленницу дров, отыскала в ржавой сетке дыру и пролезла в нее, нимало не заботясь о том, какова будет реакция учителя.
«Я хочу убедиться, - твердила она себе, - что это действительно женщина и что она чернокожая. У меня не такой острый глаз, как у сэнсэя. Мне бы лично взглянуть... Сперва взглянуть, а уж потом и поприветствовать».
Приветствовать посланницу Дезастро она намеревалась в своей, неповторимой манере. Она хотела заставить себя светиться.
«Мой свет, - полагала она, пробегая мимо цветущих кустов олеандра, - собьет ее с толку, после чего я собью ее с ног».
Овеваемая свежим ветром, она мчалась по росистой траве, а сердце так и прыгало в груди. Вот холм остался позади, вот козья тропка, вот молчаливая компания камней. Фигура темная летит навстречу, ближе, ближе...
- Уму непостижимо! Нет! - оторопела Джулия, убавив темп и проведя рукой по волосам. А потом как подскочит да как завопит: - Клеопатра-а-а!
Их ликованью не было границ. Кристиан, который не сразу обнаружил отсутствие ученицы, нагнал ее, когда она уже вовсю отплясывала с африканкой.
- Слава сущему! Это всего лишь наша добрая фея из вишневого сада! - с невероятным облегчением сказал он. - А мы уж было приготовились защищаться.
- Да, Клео, подумать только, - проговорила Джулия, смеясь, - я собиралась...
- Она собиралась выцарапать тебе глаза, - вставил Кристиан, блистая своей самой обаятельной улыбкой.
[46] Увы мне! (ит.)
Глава 22. Красный скорпион и синяя стрела
Бледные тени цветущих деревьев дремали на выложенной зигзагом дорожке, тянулись к многовековому пьедестальному фонарю и довольно-таки неучтиво наползали на лоб Люси. Ей не были рады ни сакуры, ни птицы, ни бабочки. Из кустов на нее исподволь поглядывали детишки, а Аризу Кей так и вовсе не знала о том, что в саду появился чужой. Одна из синичек взялась ее предупредить. Но в беседке обнаружилась лишь колеблемая ветром бумага для каллиграфии с подсыхающим столбцом иероглифов, а окна и двери обеих пагод были наглухо закрыты. Покачиваясь, под мостом нежно звенел колокольчик. Где-то стукнулась об изогнутый карниз и скатилась в ручей сосновая шишка. Всё дышало весной, дышало спокойствием и блаженством, однако на Люси эта атмосфера не действовала.
- Вот так веточка! - подивилась она, покручивая в руках телепортатор. - Доставила на курорт почище Крита! Хотя, по правде, мне никогда не нравились восточные традиции. Что у них там? Гейши, самураи, журавли... - В таких вещах она разбиралась с ограниченностью филистера, в чем едва ли могла себя упрекнуть. - Что-то вязкое и приторно сладкое, как неудавшийся заварной крем, который я однажды ела в Гуанчжоу.
Побродив у воды и обойдя вокруг красной пагоды, она даже не стала заглядывать внутрь, ибо ей было смертельно скучно.
- Здешние обитатели, вероятно, живут со скоростью опадающих лепестков! Хочу назад! Хочу на мой милый Крит, к лошадям и скиладико! И да, я просто обязана проучить Кристиана после всего, что он со мной сделал!
Она принялась нещадно давить на кнопку, которая предположительно должна была возвратить ее на остров. Но по какой-то причине ветвь сакуры отказалась ей служить, издав шипение и выпустив из листовой пазухи струйку пара.
- Ах вот, значит, как! - разбушевалась Люси и сломала ветку о колено. - Выходит, я в ловушке?! О, да я заставлю их исполнять кабриоли! Они у меня вверх тормашками полетят, и тогда узнаем, кто у кого в ловушке!
Заслышав шаги, она, однако, предпочла схорониться между кирпичными колоннами фундамента, готовая разорвать на клочки любого, кто обнаружит ее убежище.
А хранительница, как ни в чем не бывало, совершала дневной обход своих владений, неся ведерко с дренажем и маленькую садовую лопатку. Она только что посадила несколько молодых слив, которые охотнее росли на незатененных участках вблизи ограды, научила детей пользоваться смешным, почти игрушечным колодцем на окраине сада, и теперь была непрочь помедитировать да предаться вольным размышлениям. Но тут ее настигла беспокойная синичка, принявшись оттягивать клювом батистовые рукава кимоно и громко чирикать.
- Ну, что еще? Что стряслось, Кихада? - спросила Аризу Кей. Она поймала птичку в руки и погладила ее по пушистому боку, который был цвета амурского бархата. - Вторжение, говоришь? Кого-то видела?
- Ци-ци-фи! Ци-ци-фу! - ответила синичка, прыгая у нее на пальце.
- Она пришла не из сакуры, так? - озадаченно уточнила хранительница. - Это плохо, очень плохо. Я должна взять ситуацию под контроль, пока не стало слишком поздно.
«Поздно для чего?» - хотела было спросить синичка, но издала лишь звонкое «цирр», и, обидевшись, что на нее не обращают внимания, упорхнула в крону ближайшего дерева.