- И как? Нашел то, что искал? - поинтересовалась Медея, прятавшаяся за соседней колонной.
- Полагаю, да, - кивнул Безликий. И указал на стоящий неподалеку от выезда черный «мерседес-гелендваген». - Вот наше место встречи с Чупакаброй, которое изменить нельзя. Если, конечно, твои охотники не сдадутся и не отступят... А сейчас извини, мне надо подобрать кое-какие улики.
Подойдя к трупу часового, он ухватил его за шиворот и поволок к бочкам с маслом, за которыми его можно было спрятать...
Глава 11
Между тем битва за Сан-Игнасио и не думала утихать.
Благодаря тому, что гости нанесли удар первыми, вскоре противовоздушная оборона хозяев пала. Правда, ценой двух сбитых вертолетов, но только один из них, лишившись винта, рухнул на землю и взорвался. Пилоту второго удалось посадить машину с поврежденной турбиной прямо на крышу десятиэтажки. После чего высыпавшие из вертолета охотники расчистили себе плацдарм, уничтожив стрелков подбившего их орудия и прочих оказавшихся там головорезов.
Охотники, прибывшие на остальных вертолетах, также десантировались на крыши высоток. Откуда они, разбившись на два отряда, отправились вниз на поиски Царь-Пакаля, отвоевывая этаж за этажом.
Хозяева не испытывали недостатка в оружии и боеприпасах. Но они не рассчитывали, что их атакует с воздуха хорошо подготовленная группа спецназа. Тогда как у них, по верному замечанию Кальтера, дисциплина хромала. Возможно, при столкновении с повстанцами или бандитами армия оружейного барона и одерживала верх. Возможно, армия Венесуэлы тоже предпочитала с нею не связываться. Но когда ее стали теснить профессионалы, боевики Лазаря начали сдавать позиции, не желая умирать геройской смертью ради своего босса.
Кальтер и Медея укрывались за колонной неподалеку от «гелендвагена» и выжидали. Пальба наверху становилась все громче - по мере того, как охотники занимали этаж за этажом. По идее, бегство Чупакабры должно было случиться с минуты на минуту, ведь его бессмертие еще не означало, что ему хотелось лезть под пули.
Безликий едва не открыл огонь раньше времени - когда в гараж ворвались пятеро напуганных головорезов. Лазаря среди них не было. Куприянов понял это и без подсказки, потому что на внедорожник босса они даже не взглянули. Один из беглецов тут же бросился к пульту, что открывал ворота, еще один метнулся к грузовику, а остальные нацелили автоматы на дверь, откуда все они выбежали.
Беглецы буквально места себе не находили от волнения, наперебой подгоняя занятых делом приятелей, которые и так спешили как могли. И когда автоматические ворота стали подниматься вверх, двигатель грузовика уже ревел - видимо, у заведшего его головореза был при себе ключ.
Про часового, что охранял груз, они не вспомнили. Любопытно, что случилось бы, окажись тот на месте? Дезертиры позвали бы его с собой или пристрелили без разговоров?.. Глядя на их нервозность, Кальтер предположил второй вариант. А что было бы, застань их тут босс, ведь он явно не разрешал им удирать?
Кальтеру повезло бы, устрой дезертиры и бессмертный Лазарь перестрелку. Его бы они все равно не убили, зато у Безликого поубавилось бы хлопот. Но этого не случилось. Так и не дождавшись погони, все пятеро запрыгнули в грузовик и, ударив по газам, вырвались наружу. А затем исчезли в неизвестном направлении, оставив после себя облако едкого солярного дыма.
Ворота за собой они, естественно, не закрыли, отчего в гараже стало не только дымно, но и шумно. Долетающие снаружи звуки отвлекали Куприянова. Он боялся, что охотники ворвутся сюда с улицы, и его план сорвется. И все же он не побежал к пульту, чтобы перекрыть выход, поскольку Чупакабра мог объявиться в любой момент.
Лазарь и четверо его подручных спустились в гараж вскоре после того, как уехали дезертиры. Теперь это точно был он - даже отступая в спешке этот человек держался уверенно и не паниковал. Разве что отсутствие грузовика с товаром вывело его из себя, но ненадолго. Всплеснув руками, он остановился и взялся ругаться, но телохранители поторопили его, и Лазарь, опомнившись, торопливой походкой направился к «мерседесу».
Кальтера было трудно чем-либо озадачить. Но вглядевшись в лицо Чупакабры, он, сам того не желая, округлил от удивления глаза и - немыслимое дело! - даже растерялся.