- Спецназ выходит на позиции! - Голос Ианга донесся до Безликого будто сквозь подушку, хотя головорез стоял в нескольких шагах от него. - Похоже, станет врываться через передние и задние двери. У нас в запасе пара минут, не более.
- Все, хорош, закругляемся. - Гурон демонстративно отряхнул ладони, давая понять, что сеанс рукоприкладства окончен. После чего взял с полки «беретту», снял ее с предохранителя и объявил: - А вот и финальный гонг! Справедливость восторжествовала. Ты согласна со мной, крыса? Эй, Галаган, я к тебе обращаюсь! Ты со мной согласен?
Кальтер не смотрел на него. Уронив голову на грудь, он продолжал кашлять кровью. И удивлялся, почему до сих пор жив, хотя боль не ослабла, и задыхаться он не перестал.
Палачу не понравилось молчание избитой жертвы. Подобрав с пола выпавший у Мерлина платок, Гурон брезгливо вытер Куприянову лицо. И лишь потом, ухватив того за подбородок, задрал ему голову, дабы они глядели друг другу в глаза.
- Ты слышала мой вопрос, крыса? - поинтересовался «камбоджиец», приставив ствол «беретты» ко лбу Кальтера. - Да или нет?
- На... напомни, - попросил тот, с трудом выговорив между судорожными вдохами одно-единственное слово.
- Я спрашивал, доволен ли ты тем, что я восстановил справедливость, - повторил Гурон. - А хотя без разницы, что ты ответишь. Все равно конец один, и ты его уже видишь... Твою мать! Что за хрень?!
Только что громила целился в Куприянова из пистолета, а теперь удивленно таращился на свою руку, в которой не было никакого пистолета. Также, как не было дробовика, который Гурон отставил в сторону перед экзекуцией, и ножа, что висел у него на поясе.
Прочих головорезов постигла та же участь: все их оружие чудесным образом исчезло. И они, озираясь по сторонам, пытались выяснить, куда именно.
Отгадка нашлась быстро. И спецназ, что готовился идти на приступ вагона, был тут ни при чем.
- Какого дьявола вы, черви, здесь забыли?! - взревел Гурон, которого окружили пятеро «серых». Для Кальтера же все стоящие перед ним фигуры были одного цвета - багрового, - и все выглядели размытыми. - Разве мы не договаривались: вы не лезете в мои дела, а я - в ваши? Мне что, вам шеи переломать, чтобы вы усвоили это простое правило?!
- Дело исключительной важности, господин камбоджиец, - произнес кто-то из «серых». - Господин Безликий нужен вам мертвым, а нам - живым. Наша задача приоритетна. Приносим извинения за то, что нарушили ваши планы.
- Нарушили планы?! Это так вы называете оскорбление, которое мне нанесли?! Ах вы, суки! Да я вас!
Набычившись, громила ринулся на незваных гостей с кулаками, но те пребывали начеку. Двое из них тут же приперли Гурона к стеллажу. Да так, что он и дернуться не посмел, пускай в сравнении с ним «серые» выглядели жалкими задохликами.
Ианг и второй головорез не бросились на подмогу командиру. Видимо, они были в курсе, что рыпаться на «серых» с кулаками (да и с оружием тоже) нет смысла, вот и воздержались от глупого поступка.
Оставшиеся трое гостей под злобное рычание обездвиженного Гурона сняли с Кальтера кандалы. А затем уложили его на пол и стали проделывать руками непонятные синхронные движения.
«Старик-с-Тростью! - было последнее, о чем подумал Безликий, прежде чем потерял сознание. - Вот откуда «серые»! Старик пропал и мое прикрытие исчезло вместе с ним. Жаль, поздновато. Теперь меня осталось разве что в землю закопать. Или не закапывать, а просто выбросить. На свалку. Туда, где мне самое место»...
Глава 21
Кальтер рассуждал логично, но он ошибся.
Когда он очнулся в комнате с серыми стенами, лежа на скромной, но удобной кровати, то понял, что рановато себя похоронил. Не иначе, у судьбы, которая в его случае носила серое одеяние, изменились планы. Неудачно сбросив Безликого в альпийскую пропасть, судьба вдруг сменила гнев на милость. Правда, неясно, с какой целью. Но, как подсказывала интуиция, тайна сия должна была вскоре раскрыться.
Комната была просторной, где-то с половину баскетбольной площадки. Окошки в ней имелись, но только для освещения - узкие и под самым потолком. Зато света хватало вдоволь. Будь у Куприянова книга, даже с мелким шрифтом, он мог бы без проблем ее читать.
Но книги здесь отсутствовали. Как и все остальное. Не считая кровати, больше в комнате ничего не было, включая сантехнические удобства.