«На сем месте Российское воинство
под предводительством фельдмаршала
Кутузова,
укрепясь, спасло Россию и Европу».
Ниже:
«Сей памятник воздвигнут на иждивение крестьян с. Тарутина, получивших от гр. С. П. Румянцева безмездную свободу».
На чугунной доске инициалы: М. З. К. Е. Б. (вероятно, Мышигский завод кн. Е. Бибарсовой).
История памятника такова: гр. Румянцев в память событий 1812 г. уволил 745 душ крестьян и дворовых в вольные хлебопашцы из с. Тарутина (229 кр. и 6 двор.), д. Гранищевой (204), Агафьиной (90), Дубровки (72), Жуковой (33) и Чириковой (111). Крестьяне обязались за это заплатить долг графа опекунскому совету 60.600 руб. асс. и соорудить на свой счет памятник, на который и внесли в течение 1829 г. 44 тыс. руб.
Памятник был открыт 24 июня 1834 г. при 101 пушечном выстреле.
Однако, он скоро треснул, а потому и был перестроен в 1885 г. по плану архит. Антонелли, а отлит был на заводе кн. Бибарсовой в Тарусском уезде.
Город находится близ ст. Малоярославец М. -К. -В. ж. д. Свое название он получил, по мнению Карамзина, от имени кн. Ярослава Владимировича, сына Владимира Андреевича Храброго (XIV в.). Действительно, в духовной грамоте его 1410 г. упоминается Ярославль с Хотунью; в последующих грамотах он называется Ярославец, а в XVI ст. Ярославец Малый. Но несомненно, что Малоярославец и Лужа два различные пункта, а не одно и то же, как думают некоторые, потому что оба города упоминаются в одной и той же грамоте. Предполагают, что от Ярослава Малоярославец перешел к его сыну Василию Ярославичу Боровскому, которого Василий II лишил владений. Малоярославец же отдан был последним Верейскому князю Михаилу Андреевичу (погребен в Пафнут. монастыре), от которого по духовному завещанию он перешел в 1486 г. к Ивану III. В это время в Малоярославце было 5 церквей, в том числе одна соборная. В 1507 г. город был отдан в кормление Мих. Глинскому, выходцу из Литвы, а в 1526 г. кн. Ф. М. Мстиславскому. В 1565 г. Иван Грозный включил его в состав опричных земель. В смутное время Малоярославец пострадал от литовских людей, но скоро оправился, и на соборе 1613 г. встречается и выборный от Малоярославца — Константин Семенов. Однако, город был беден; пятинного сбору с него собрали в 142 г. (1634) только 20 руб. В первой половине XVII в. (1637, 1645) город частью своих налогов тянул в Костромскую четь. В 1639 г. в его уезде были заведены железные заводы, которые в XVIII в. (1781 г.) были пожалованы гр. Шувалову (3 завода). По переписным книгам 154 г. (1646 г.) в Малоярославце было 42 дв. посадских, людей в них 104 человека, да 17 дв. бобыльских, людей в них 21 человек; всего 59 дв. с 125 людьми. При введении гостиного оклада стрелецкой подати в 1681 г. в Малоярославце числился 101 двор; оклад был 90 коп. (180 денег).
В 1708 г. при разделении на губернии Малоярославец вошел в состав Московской губернии; в его уезде считалось тогда 1637 дворов. По первой ревизии, посадских людей было в нем 392, а по второй — уже 692 души. При открытии наместничества в Калуге в 1776 г. он был перечислен в Калужскую губернию. В 1777 г. был утвержден его герб — «серебряный щит с багряною зубчатою опушкой, посредине коего изображен стоящий медведь». По описанию города в 1785 г. в нем было 4 каменных церкви и две деревянных, домов 237, а жителей 1622. «Купцы и мещане укреплялись в разных необходимо нужных ремеслах и торговали в лавках мелочными товарами и съестными припасами; также некоторые из них нанимались в сидельцы и лавочники в других городах».
При имп. Павле Малоярославец был упразднен как самостоятельный город, но имп. Александр указом 1802 г. восстановил его в прежнем значении.
С 1812 г. маленький Малоярославец становится всемирно известным и связывает свое имя с судьбою гениального Наполеона, так как городу суждено было сделаться «пределом нападения и началом бегства и гибели врагов».
События разыгрались так: 10 октября в 5 часу дня (пополудни) приблизились к Малоярославцу передовые отряды французской пехоты дивизии ген. Дельзона. Большая дорога от Боровска к Малоярославцу, не доходя до него версты три, пролегает к лесу и имеет выход на просторную лужайку, по которой у высоких, крутых, утесистых гор течет р. Лужа, образуя большую глубокую дугу, направленную выпуклой стороной к городу. Окрестность перед городом была покрыта кустарником, а на реке, выше города, была устроена мельница. Вид с Боровской дороги на Малоярославец, раскинувшийся на высотах, изрезанных оврагами, и утопающий в вишневых садах, очень живописен… Чтобы попасть в город, необходимо было перейти Лужу и взобраться по узкой дороге, извивавшейся по утесистой горе, мимо Черноостровского монастыря. Этот тяжелый для подъема путь приводил прямо на городскую площадь. Получив известие о приближении французов, городничий П. И. Быков, обложив хворостом и соломой мост на Луже, остался ждать неприятеля, приказав инокам спасать из монастыря, что только успеют. Когда три сотни казаков из отряда Иловайского, перестреливавшиеся с наступавшим неприятелем, начали подниматься в город, мост был подожжен Быковым, и французам пришлось остановиться. Одновременно казаки зажгли и опустевший город. В осенних сумерках, при свете пожара, французы начали было наводить понтонные мосты в двух местах и готовиться к переправе. Но и это намерение их было разрушено повытчиком нижнего земского суда Саввою Ив. Беляевым, который, распрудив мельницу, спустил почти семиверстный пруд, вода которого моментально смыла понтоны и быстро затопила берега. Неприятелю оставалось с досадой частью вернуться в Городню (8 верст), а частью расположиться на ночь на берегу реки, ввиду города. В результате Дельзон был задержан на сутки и перешел Лужу только 11 октября, в 2 ч. дня; два батальона его войск заняли город, а остальная часть расположилась на высоком берегу Лужи. Но задержка уже сделала свое дело. Дохтуров, тоже несколько задержанный переправой через вздувшуюся Протву у с. Спасского, имея за собою всю двинувшуюся из Тарутина армию, уже подходил поспешно к Малоярославцу, у которого и был на рассвете 12 октября. В 6-м часу утра он уже послал два егерских полка занять город, чем и началось знаменитое сражение 12 октября, решившее исход кампании. Остальные полки дивизии Дохтурова были расположены за городом; кавалерия Дорохова наблюдала за бродами на Луже, а на высоком берегу ее были поставлены батареи для обстреливания наступавших по Боровской дороге неприятельских сил.