- Потому что если мы выйдем все вместе, это будет подозрительно, - сильная, но не тяжёлая рука брата легла мне на плечо, и по коже тут же во все стороны побежали стайки надоедливых, но таких приятных мурашек, способных свести с ума кого угодно доставляемым удовольствием. Но только не меня - теперь я был абсолютно уверен, что не попаду под вампирское очарование моего брата. - Поэтому мы с Габриэлем идём по отдельности и разными дорогами. Вы с Камиллой пойдёте вместе - в случае чего она тебя защитит и…
- Я в этом сомневаюсь, - рыкнув это в ответ, я замер - у меня не было причин не доверять девушке, однако что-то мне подсказывало, что рыба, которая начинает гнить с головы, уже начинает дурно пахнуть, а потому предпочёл смолчать.
Брат глянул на меня едва ли не убийственным взглядом и вышел в коридор, подхватив свой рюкзак, и мы с Камиллой остались один на один. Напряжение, казалось, можно было бы ножом резать - мне было неуютно, да и ей тоже, да и мы хотели друг другу вырвать сердце и сожрать их на обед. И я было уже решился на это, как дроу развернулась и вышла в подъезд, а я вышел следом, да едва не рухнул там, где оказался - это был не подъезд. Это была центральная улица. Пустынная и тёмная.
- Это что было?!
- Это древнее и достаточно полезное умение Светлых. Отводят глаза, маскируют, чтобы Тёмные и люди не могли нас найти.
Я слышал в её словах толику недовольства и насторожился, прислушиваясь и принюхиваясь, пока мы размеренно шли в сторону северного выхода. Вскоре к нам должны были присоединиться Габриэль и Виктор, но их всё не было и не было. Тяжёлая аура Камиллы давила на меня со всех сторон, хватала за горло гнилыми пальцами и, казалось, через рот собиралась добраться до моего сердца. Удушающая тишина, казалось, закрывала мне уши и не давала услышать что-то важное. Несколько раз споткнувшись, я едва не рухнул лицом в землю, но удержался под ехидный смешок Камиллы:
- Ноги мешаются?
- Язык твой мешается, - просипел я и не узнал собственный голос - он был хриплым, с присвистом, словно меня в самом деле душили-душили, но не задушили. В ушах стучала кровь, причиняя при этом адскую боль, что обжигала виски и веки, словно бы меня кто-то отравил. Вот только кто? Я покосился на Камиллу, но та, вроде, не замечала моего состояния и шла дальше. Притворялась? В самом деле не замечала и просто злилась на меня?
В следующее мгновение меня буквально сбило с ног, а затем я поздоровался с асфальтом, треснувшись лбом. Явно была рассечена бровь, но звон в голове, ощущение опьянения и дикой усталости смешивались во мне в единое целое, а болью всё это безобразие подправляли. Казалось, что я был готов прямо там, на месте, закрыть глаза, свернуться калачиком и уснуть, но кто-то меня безжалостно тормошил за плечи, не давая нормально закрыть глаза. Всё перед моим взором то ли танцевало ламбаду, то ли играло в “догони-меня-кирпич” - я не мог понять, что происходит и почему я лежу на холодном асфальте, прижимаясь щекой к чьей-то ладони. Поймав взгляд Габриэля, который передо мной мигом превратился в четырёх оных, я едва заставил себя не взблевануть на его одежду или ему на лицо, что было бы хуже. Губы его двигались - он явно что-то мне говорил, но я не мог понять, что. Рядом мелькнули сапоги Виктора и тут же скрылись из вида. Но даже по тому, как он печатал шаг, я понял, что он безумно зол, а кому-то начистят морду. Я попытался повернуть голову, но это отозвалось болью во всём теле и ещё большей тошнотой. Несколько горячих капель упало мне на лицо, скатилось по щекам и исчезло. С трудом напрягая зрение и пытаясь заставить себя дышать, я разглядел, что глаза у Габриэля на мокром месте. И с чего бы?
- Не надо на меня так смотреть, я ещё не умираю, - заставил себя выдавить я, отмечая просто ошарашенную мордашку эльфа, который уже, видимо, меня похоронил.
- Виктор, он ещё жив! - Заорал на всю улицу Габриэль, отчего у меня едва мозги не вытекли через уши, а глаза хотели взорваться, но передумали.
Тут же снова показались сапоги Виктора, затем его лицо:
- Льюис?
- Что? - Буркнул я в ответ, пытаясь пошевелить внезапно отсохнувшими пальцами, но ничего у меня не получилось.
- Пошевелиться можешь? - Глаза Виктора медленно стали увеличиваться в размерах, а голос осел.
- Нет. Наверное, инвалидом останусь, - мрачно пошутил я, смотря на то, как брат поднимает меня на руки, и моё безвольное тело почти что обвисает, как если бы я был сделан из верёвок.
- Не смешно, малыш, так в самом деле может случиться, - пробормотал брюнет, прижимая меня к себе, а затем касаясь губами моего лба. Это было приятное, тёплое ощущение, как если бы кот коснулся своей мягкой лапкой.
- Что это было, Вик? - Едва выдавил из себя я, чувствуя, как сознание гаснет, но брат меня грубо встряхнул, не дав погрузиться в блаженную темноту.
- Тёмные близко, Льюис. Ты стал их главной целью. И это было первое покушение. Правда, я не знаю, как они умудрились до тебя достать здесь, - рассеянно пробормотал мужчина, идя вместе с остальными в неизвестном для меня направлении - я мог смотреть только перед собой.
- Я тебе расскажу, как, Виктор, - раздался голос, от которого у меня мурашки побежали по всему телу. С трудом переведя взгляд, я столкнулся со взглядом Джинджера.
========== Dors, mon ange ==========
- Я тебе расскажу, как, Виктор. - Раздался голос, от которого у меня мурашки побежали по всему телу. С трудом переведя взгляд, я столкнулся со взглядом Джинджера.
Мой брат, с которым я жил всю свою жизнь, был злой, как тысяча чертей, хотя по его губам и расплывался победоносный оскал - то было существо кровожадное, но полностью уверенное в собственной непоколебимости, безоговорочной победе. Глаза его полыхали едва ли не адским пламенем, способным сжечь даже на расстоянии. Но был он здесь совершенно не один, что меня, впрочем не удивило - Джинджер бы ни за что не стал идти к нам четверым в одиночестве.
Элерион стоял за его правым плечом, прикрывая изуродованную половину лица волосами, но неизменно-насмешливо улыбаясь. Откуда мне было знать, что с ним происходит на самом деле? Что творится в его душе? Я видел лишь надменного хищника, выдрессированного пса, готового броситься на нас по одному щелчку пальцев хозяина, разорвать нас на кусочки даже ценой собственной жизни. Преданность, разливающаяся в жестоких глазах блондина, была видна даже мне, хотя я её скорее чувствовал, чем видел - всё плыло перед моим взглядом и мешало сосредоточиться на чём-то одном.
Позади левого плеча Джинджера стояла коренастая дроу, со скинутым с головы капюшоном чёрного плаща. Тёмно-фиолетовые глаза мягко мерцали из-под пепельных волос, почти лишённые зрачка, жуткие и чем-то напоминающие паучьи блестящие глазки. Полные губы её приподнимались в ухмылке, как и у Джинджера. Чем-то они были между собой похожи, быть может потому, что эта девка пыталась брать форму со своего начальника и хозяина, который сейчас командовал парадом.
А вот огромный силуэт великана, лица которого я не мог различить за пеленой тумана перед глазами и сгущающихся сумерек, меня очень и очень напрягал. Если мы сейчас ввяжемся в драку, перевес сил окажется на стороне Джинджера, и мы наверняка погибнем. О собственной участи я даже и не думал - меня больше волновали Габриэль и Виктор.
Завидев наших врагов, Габриэль сделал шаг вперёд и перетёк в боевую стойку, вытащив из креплений, что держались на предплечьях под рубашкой, длинные кинжалы, слабо сверкнувшие в тусклом свете фонарей. Чуть повернув голову, я разглядел абсолют ярости на идеальном лице возлюбленного. Привычно-тёплые глаза превратились в два колючих осколка льда, способных пронзить на расстоянии и превратить соперника в такую же ледяную скульптуру, а это говорило о том, что мой любовник в бешенстве. Хотя, бешенство - мало сказать. То, что сверкало в его глазах, было холодной ненавистью, приправленной жаждой крови, не свойственной светлым эльфам, да и Светлым существам вообще.
- Похоже, кто-то решил оживиться. - Ухмыльнулся Джинджер, с презрением взглянув на моего любовника. - Силёнок-то хватит, глист?
- Понадобится - потрачу на тебя все силы, ублюдок, но вытащу твоё гнилое сердце. - Прошипел Габриэль, напоминая сейчас разъярённую кошку, что шипит и гнёт спину, но нападать не спешит - выжидает.