- Добрый вечер, господин, - проговорил полукровка, и его голос мне не показался особенно примечательным - не певучий, не жёсткий, не хриплый, и не гладкий. Возможно, некоторая хрипотца в нём и была, но мне могло показаться. Самый обычный голос. - Как ваше самочувствие?
- Отвратно. Не хотите представиться сперва? - грубовато отозвался я и тут же вновь закашлялся, чувствуя, как внутри, в груди, всё клокочет и першит, не давая продышаться, а затем сплюнул на ладонь второй сгусток крови.
- Морнемир, господин, - представился он, даже бровью не поведя на мою грубость, а затем шагнув ко мне и стерев кровь с губ и подбородка платком, следом усадив к изголовью кровати. - Вам лучше посидеть сейчас так, иначе от кашля не отделаться.
Он молчаливо поклонился мне и обошёл кровать, затем склонившись над Виктором. Поманив кого-то к себе рукой, он стёр с лица моего брата испарину, а затем как-то излишне-нежно погладил его по волосам, что вызвало во мне внезапную и острую, как клинок воителя, злость и ревность. Когда же к кровати скользнуло трое эльфиек в полупрозрачных туниках, я невольно закрыл открытый было рот. Их соблазнительные прелести были весьма пикантно подчёркнуты, а местами - так вообще почти и не прикрыты. Они стали помогать полукровке перебинтовывать Виктора, и я невольно всхлипнул от ужаса. Тело моего брата явно держалось на одной магии. Жуткие порезы и ожоги были на его спине, а на груди теперь зарастал длинный, толщиной в два пальца, порез. Вампир задышал чаще, захрипел, и эльфки мигом стали держать его руки и ноги, а Морнемир тут же начал колдовать над ним, залечивая и снимая боль. Задница одной из эльфиек, между прочим совершенно не скрытая бельём, замаячила в опасной близости от моего лица, и я слегка облизнул губы, отворачиваясь от соблазна во плоти. Странные они, эти эльфы.
Послышалось рычание, отвратительное, мерзкое бульканье, а затем хриплый, надорванный крик, который тут же и прервался. Вскинув взгляд на брата, я с трудом сдержал порыв рвануться прочь. Вампирская сущность явно рвалась наружу - кожа его стала темнеть на глазах, отвратительные, острые клыки напоминали акульи зубы и могли бы порвать глотку какому-нибудь здоровому волку, игнорируя густую шерсть. Чёрные глаза без белка притягивали взгляд и гипнотизировали, хотя Виктор и не смотрел в мою сторону. Когти, не держи его руки эльфийки, уже давно бы впились в грудь полукровки. Виктор хотел крови. Хотел безумно и жадно, как не может хотеть крови светлое существо. Тёмная сущность брала над ним верх, в то время как Морнемир с каменным выражением лица смотрел на его муки и не шевелился.
- Да помоги же ты ему, - прошептал я, не узнавая собственного дрожащего, хриплого голоса.
Вампир тут же повернул голову в мою сторону и жадно зарычал, заворочался, зацокал клыками, отчего я мигом отодвинулся от него подальше. Эльфийки нервно заёрзали и зашептались, пытаясь удержать тварь, но это удавалось им едва-едва - тварь готова была вырваться и кинуться на меня. Отчаяние и злость, не касающиеся меня, захлестнули с головой, вонзились в душу - Виктору было страшно, как никогда, но злость и ненависть готовы были затмить и это чувство. Я мысленно тянулся к брату и старался успокоить его, и вскоре в чёрных глазах вампира промелькнуло понимание, злость стала отступать, а через пару мгновений передо мной лежал мужчина, которого я привык видеть - помятый, усталый, но живой, подобный человеку. Только тогда Морнемир махнул рукой и внесли графин со стаканом, полные ароматной крови. Даже у меня стал полон рот слюней от этого божественного запаха - солоноватого, металлического, немного горького и абсолютно неземного. Желудок скрутила судорога боли, и я отвёл взгляд, глядя на то, как вампир жадно глотает кровь, затем принимаясь за второй стакан, третий. Я слышал, как он спешно глотает этот нектар богов, судорожно дыша и собираясь вот-вот уснуть, подобно удаву - сытый, довольный. И вскоре брат в самом деле погрузился в сон, а передо мной возник полукровка.
- Чего желаете? - мягко поинтересовался он, махнув эльфийкам.
Девушки встали позади него, кокетливо похихикивая и поводя плечами, позволяя лямкам туник сползти с плеч, почти полностью оголяя их пышные груди с крупными сосками. Тряхнув головой, я перевёл взгляд на мужчину и, переборов желание впиться в его шею, проговорил:
- Есть. Я безумно хочу есть и пить.
- Кровь? Мясо? Фрукты? Овощи? - перечислил мужчина, предлагая и слегка отодвигая одну из наиболее навязчивых эльфиек. Она явно была младше, но куда как опытнее, более жадной до утех.
- Мясо. Много мяса и молока, - пробормотал я, опуская взгляд и осторожно укладываясь в кровать.
Приступ кашля застал меня врасплох, и я повернулся на бок, отхаркивая кровь.
- Это скоро пройдёт, господин Льюис, - спокойно оповестил меня мужчина, отправив девушек за порцией еды для меня. - После телепортации у вас возникли кое-какие осложнения, но наши лекари с этим почти разобрались.
- К чёрту лекарей, - отмахнулся я, принимая платок и отирая губы, ладони. - Где мы? Что с Виктором?
- Вы находитесь в убежище, господин. Недалеко от города Абердин, штат Вашингтон, - голосом вышколенного секретаря произнёс полукровка и осторожно опустился рядом со мной на кровать, затем словно бы помрачнев. - Но перед тем, как я отвечу на второй вопрос, ответьте на мой, будьте так добры.
Я мрачно кивнул, не сводя взгляда с Виктора и осторожно поглаживая уснувшего вампира по влажным от испарины волосам. Он был прекрасен и очарователен в своей беспомощности, которую сейчас буквально излучал. Я знал, что если ему сейчас захотят свернуть шею или отрубить голову - он не сможет даже толком закричать, а оттого на душе скреблись кошки и, видимо, там же они и нагадили.
- Что… что случилось с Габриэлем? Аэльамтаэр?
Вопрос задел меня за живое и поставил в тупик одновременно. Я медленно поднял взгляд на мужчину. Он смотрел на меня испытующе, мрачно и с явной горечью, что дало мне понять - Габриэль был ему более, чем близок, а оттого ярость стала закипать внутри меня, в крови загустело желание мести, но я терпеливо пережил порыв и тихо выдохнул:
- Габриэль мёртв. Его убил Джинджер. Он…
- Джинджер, - прошипел Морнемир, и в его глазах полыхнуло всамделишное пламя - я даже на миг испугался, но лишь на миг. - Что он с ним сделал?!
- Виктор мог погибнуть от его руки, но Габриэль заслонил его и получил два удара кинжалами… они… Они должны лежать в рюкзаке, который был при нас. Вы его взяли?!
Полукровка сдержано кивнул, но было видно, что он желает смерти моему брату не меньше, чем я сам. Невольно я почувствовал некоторое моральное удовлетворение от того, что тот страдает. Собственническое чувство, которое орало во мне во всю глотку: “Габриэль мой!” не давало мне повода для жалости к этому мужчине, хотя я и понимал, что если бы не он - нас бы здесь не было. Как я уже понял, этот товарищ заправляет здесь всем.
- А теперь говори, что с Виктором и когда он поднимется на ноги, - неожиданно-резко даже для себя потребовал я, осторожно погладив брата по волосам вновь, и с нежностью различив на его губах слабую улыбку.
- Когда господин Виктор спасал вас, он получил сильные повреждения от огня и чьего-то лезвия - вероятно, одного из тёмных магов, но ваша аура спасла ему жизнь - вы вытянули его с того света, и только благодаря вам он и остался жить. Вам и кому-то ещё - очень сильному и поддерживающему вас обоих - нам так и не удалось проследить, куда уходят магические нити. Вы здесь уже второй день, и Виктору уже намного лучше. Через несколько дней наши лекари справятся с его ранами, а у вас будет время передохнуть и…
- Нету времени расслабляться, - отрезал я, вскинув взгляд на полукровку и с недовольством отметив, что он подсел ближе. - Как только Виктор полностью восстановится, мы отправимся в Сиэтл. А я всё это время буду учиться, понятно вам?