Заставляю себя не плакать. Безусловно перешагнуть и забыть так просто не сумею, но проявить свою гордость я должна.
– Я даю тебе развод, Слава, – и выбрасываю кольцо в ведро с туалетной бумагой, туда, где сейчас ему действительно самое место.
Принимаю холодный душ, обматываюсь банным полотенцем и выхожу на кухню. Надо хоть немного здесь прибраться. Наклонившись, принимаюсь за работу. Мы с Камалом навели знатный беспорядок: всё кругом раскидано, и мои трусики тоже составляют всему этому хаосу компанию.
– Ммм…Док, это самый лучший вид за завтраком, – звучит с усмешкой голос Камала на всю комнату.
– Я … – меняю своё положение, пряча все откроенные места, выставленные ему на показ. Хотя это сделать довольно сложно, так как полотенце короткое и на мне, конечно же, нет трусики, найденные мною только минуту назад. Камал вчера их чуть не сожрал, но сейчас я вижу, они в полном порядке, но пока что не на мне. – Я решила убраться, – моё лицо заливается краской и щёки пылают.
– Зачем? У меня для этого есть домработница, а ты можешь ещё постоять в этой позе, я не против, – складывают руки на груди, приподняв брови с призывом.
– Не дождёшься, – язвлю на его просьбу.
– Дождусь, Док, – отрывается от косяка двери и наступает на меня абсолютно голым. И его гордо восставшая плоть внушительных размеров раскачивается в разные стороны, готовая к любым фантазиям своего хозяина.
– Камал, послушай, – выставляю руки вперёд отворачиваясь в сторону от стеснения, – нам надо поговорить. – Мои ладони касаются его горячей груди. – Я вчера была не в себе и не очень отдавала отсчёт тому, что я творю.
– Я тоже был вчера не в себе, но одно «но», я прекрасно осознавал, что делал, – опускает мои ладони, выставленные как последняя защита от него и заводит их за спину. Подхватывает как лёгкую тряпичную куклу и усаживает на стол. – И я не против это повторить, – и разводит мои ноги по обе стороны и оказывается между ними.
– Камал послушай…
– Слушаю, – и прикусывают мою нижнюю губу.
– Камал, – слегка, буквально на миллиметр, отталкиваю его от себя, – как я уже сказала, вчера я не ведала что творю. Это было какое-то временное наваждение.
– Понимаю, от меня никто не может устоять, – продолжает шутить, пока его руки вновь стали по мне блуждать.
– Мне муж изменил вчера, точнее я узнала об этом, – сломленным тихим голосом произношу. Мне хочется с кем-то поделиться. Разделить эту боль. Что я могу поделать, что в данную секунду, передо мной стоит он, которому вряд ли есть дело до этого.
– И…? – Назад отклоняя голову, заглядывает мне в глаза. – Ты будешь из-за него убиваться? – Вопросительно выгибает бровь. – Мы мужики не стоим этого, – и начинает водить рукой по бедру, приближаясь к беззащитному лону.
– Он не просто мужик, он мой муж, – срывается с моих уст. И Камал тут же резко отрывается от меня.
– Не самое подходящее время о нём говорить, не думаешь? – Лицо сразу приобретаем серьёзную гримасу.
– А когда? После нашего очередного секса? – Спрыгиваю со стола. – Мне муж изменял! Причём долгое время. А вчера я застукала его с нашей соседкой. – Начинаю истерически смеяться в голос. – Ему было абсолютно наплевать, где я, что со мной. Возможно, моя смерть ему была бы только на руку, так сказать без лишних сцен, и целая квартира в придачу. А я ему всю себя посветила, при этом не замечая, как жизнь течёт мимо меня.
– Чего ты хочешь от меня? Чтобы я тебя утешил? Послал своих людей к нему? Или лично выбил ему все зубы? – Как заведённый говорит.
– Нет… – мотаю головой. А после прикрываю глаза, и слёзы сами собой начинают наворачиваться в уголках. – Я чувствую себя полной дурой, – вытираю ладонью скатывающиеся слёзы. – Не знаю, что сейчас правильно, а что нет, – шмыгаю носом.
Он подходит ко мне и приподнимает мой подбородок так, чтобы мои глаза смотрели прямо в его.
– Ты не дура. Бываешь иногда ядовитой стервой, и мне хотелось оторвать тебе голову пару раз, выпороть ремнём твой зад, а потом трахать тебя безостановочно. И характер у тебя дикий, так что воспитывать и воспитывать, но точно не дура. Предлагаю начать прямо сейчас, – и отбросив мои волосы назад, стягивает с меня полотенце. – Ррр… – тут же накидывается на мой сосок, крепко сжимая груди в руках.
– Камал… – пробую оттолкнуть его, в то время как между ног уже становится влажно. Как он это делает?
– Чшш… – прикладывает палец к губам, не выпуская сосок из рта. Он лижет и кусает. Кусает, потом лижет. Я на грани испытываемой колющей в груди боли и разрывающей в области живота страсти. Запрокидываю голову. Кажется, я возбудилась по его одному щелчку, вернее, по одному его прикосновению.