Как заведённая хожу по комнате из угла в угол и массирую ноющие виски.
Я опустошена. Хочется исчезнуть, выбросить из головы все дни с нашей первой встречи и начать жизнь с чистого листа. Хочется быть счастливой женщиной, а не рогатой женой. Быть достойным врачом, а не швейной рукой криминального авторитета. Чёрт возьми, я хочу быть обычным человеком, а не вещью.
Распахиваю панорамное окно и смотрю на красиво освещённую улицу.
Крик о помощи чуть не вырывается наружу, но от мысли, что меня никто не услышит, кроме Виталия, а если услышат, то сделают вид что это им послышалось, я обреченно берусь за ручку и обратно закрываю окно, изолируя себя от кипящей жизни. Так менее болезненно переносится одиночество, когда этому сопутствует тишина, а не весёлые голоса людей.
Скатываюсь вниз. Пробираясь руками через копну волос, сжимая их в своих ладонях. С горечью усмехаюсь своим планам на совместное будущее. Какая же я глупая. Ведь знала, что такие как Камал не способны любить. Они созданы только отравлять и уничтожать всё вокруг себя.
Ругаюсь. Рву себя изнутри, а после от усталости запрокидываю голову и закрываю глаза, не позволяя слезам прокатиться по моим щекам.
На очередной попытке выровнять дыхание замечаю, как рядом со мной бесшумно вырастает мужская фигура и в нос врезается резкий запах его одеколона.
– Решили проведать? Не стоит, со мной всё в порядке, – отмахиваюсь, не глядя на него. Если хотят меня держать в заложниках, пусть хотя бы мой воздух не воруют. И на конец оставят меня в покое. – И, пожалуйста, закрой дверь с той стороны.
– Хм, – срывается смешок с его рта. Затем садится на корточки у моего лица и, грубо взяв его двумя пальцами, приподнимает выше. – Быстро же ты научилась выживать, – Виталий с неподдельным интересом всматривается в моё лицо. – Теперь начинаю понимать, что такого в тебе нашёл Камал, ты бы хорошо влилась в наш мир.
– Думаешь я смогла бы стать такими как вы — нелюдями? – Скинув его руку с себя, скриплю зубами. Даже мысль, что я часть всего этого дерьма, выворачивает меня наизнанку.
А как же Камал? Я та самая наивная дура, считавшая, что ради меня человек бросит этим заниматься. Потихоньку маленькими шажками я буду пробираться к его сердцу и завладею его огромной частью. Но по итогу выяснилось, я и на сантиметр не приблизилась к нему.
– Возможно ты уже среди нас, – уголок рта летит верх. Смотрит на циферблат тикающих часов на своём запястье и заключает. – Ладно, поговорили и хватит. Нам пора, – и схватив меня за руку, поднимает на ноги и тащит к выходу.
– Стой! – Упираюсь пятками. – Куда ты меня снова ведёшь? – Планка на шкале страха резко взлетает. – Камал же приказал его ждать здесь? – Голос подрагивает. Неужели так быстро решил, что со мной делать? Хотя почему бы и нет. В отношении меня перед ним мало выбора: убить либо отпустить.
Мы проходим без препятствий через охрану и через время оказываемся у огромного чёрного внедорожника, того самого, в котором в первый раз меня привезли к Камалу.
– Он много, что приказывает, – сцедит раздражительно в ответ. – Он мне не хозяин – и открывает заднюю дверь машины.
Меня нехило охватывает паника. Раз это приказ не Камала, тогда кого?
– Отпусти меня, отпусти, я сейчас закричу, – брыкаюсь в его руках. Всё тщетно. Его хват на мне лишь крепнет.
– Отпущу, но чуть позже, – спокойно усаживает на сиденье, пользуясь тем, что я на некоторое время выпадаю от его слов. – Руки! – приказав, достаёт из кармана наручники.
– Отпустишь? – Удивлённо хлопаю глазами и податливо протягиваю ему руки, словно таким образом мне удастся словить последнюю надежду на свою свободу. Однако через секунду его слова безжалостно убьют её во мне.
– Теперь Камалу нужно постараться, чтобы добраться до тебя, – его рот искажается в дьявольской ухмылке. Он с грохотом закрывает дверь машины, и моё сердце срывается камнем вниз.
За всю дорогу он ни слова больше не проронил и на мои нападки не реагировал.
Мы всё ехали и ехали в этой давящей до ужаса тишине. Казалось, это никогда не закончится. Однако машина всё же останавливается, а Виталий, обойдя её, молча открывает мне дверь.
– Мы приехали, – помогает выйти из машины. Снимает с меня наручники и просит следовать за ним.
– Прям в таком виде? – В спину кидаю возмущение. Место и мой внешний вид определённо не подходят друг другу.
– Да, – не отличившись многословностью, он продолжает твёрдо держать свой путь.
– Хорошо, – не опускаю голову, гордо вышагиваю в домашней одежде ко входу элитного заведения, принимая уже любой исход событий. И так нечего терять.