— Ну… — Прапорщик почесал затылок — Есть ещё наши «Пояс-А» и кубинские Эфоды. Но сразу предупреждаю, в них жарко будет.
— Что за Эфоды? — Заинтересовался Морозов.
— Кубинцы для своих спецчастей шьют, ограниченными партиями — Засуетился прапорщик — Аналог израильского Эфода.
— Показывай.
Через полминуты мы уже мерили кубинский клон израильской разгрузки под магазины АК. Честно говоря, мне эта разгрузка сразу понравилась, так как в отличии от китайской имела развитую плечевую систему, крупные накладные подсумки для восьми магазинов, подсумки для гранат, сухарную сумку сзади и крепления для фляги. Только вот липучки… Но это по сути мелочи, их убрать и поменять на бесшумные пуговицы не проблема, И да, в ней точно будет жарко, потому что это был уже не 'лифчик, а полноценный жилет, закрывающий и бока, и спину.
— Берем обе, первую будем перешивать — Наконец выдал Морозов — Да и с Эфодом нужно будет поработать. Теперь, давай, что у тебя там есть из ПБС. Всё выкладывай, будем смотреть. С руководством я договорился, по оружию и снаряге мы берем всё и столько, сколько нам надо.
Прапорщик вздохнул, и снова побрел к себе в закрома. Морозов основательно подходил к вооружению группы, и я был ему за это благодарен. Я провёл рукой по автомату, проверил предохранитель и привычным движением закинул ремень на плечо. Оружие в руках действовало почти успокаивающе но чего-то мне всё равно не хватало. Привычной тяжести пулемёта на плече. Каким бы чужим не был этот континент, автомат оставался автоматом, а пулемёт — пулемётом, и правила войны, как я уже успел убедиться, в любой стране были удивительно похожи.
— ПКМ тоже бери, пусть будет на всякий случай. В комнате поставим, чтобы всегда под рукой был. Тут у каждого под кроватью автомат и гранаты валяются, так что ничего страшного — Прошептал я на ухо Морозову — И разгрузку кубинскую под ленты и запасной ствол я там видел.
— А я всё ждал, когда ты попросишь — Тихо рассмеялся Олег, и уже громче, вслед прапорщику крикнул — И ПКМ нам вынеси, нормальный только, без большого настрела!
Глава 3
Прапорщик только махнул рукой, словно подобные просьбы слышал не впервые.
— Найдётся. Тут этого добра хватает. Ангольцы пулемёты любят, только далеко не все умеют с ними обращаться.
Через несколько минут передо мной уже лежал ПКМ. Не новый, но в хорошем состоянии. Я привычно разобрал его прямо на столе, проверил зеркало затвора, газовый поршень, возвратную пружину, осмотрел ствол. Всё было в порядке. Только дерево на прикладе оказалось сильно потёртым, словно пулемёт успел сменить не одного хозяина.
— Живой, — удовлетворённо кивнул я, вопросительно смотрящему на меня Морозову.
— Забирай, — улыбнулся прапорщик. — Только потом не говори, что тяжёлый.
— Я с такой штукой два года по горам ползал, так что привычный. — Усмехнулся я в ответ.
Прапорщик понимающе кивнул головой, и начал выкладывать передо мной принадлежности к пулемёту, короба, ленты и дополнительное снаряжение. Ещё почти час ушёл на подбор приборов бесшумной стрельбы, ночных прицелов, дополнительных магазинов, ремней и всякой мелочи, которая сильно облегчает жизнь разведчикам на боевых выходах. Морозов не спешил и придирчиво проверял буквально каждую выданную нам вещь, пока наконец не остался доволен. Когда мы закончили, отнесли гражданскую одежду, часть снаряжения и оружия в свои комнаты, во дворе миссии нас уже ждали два армейских «Урала» с ангольскими водителями и номерами, и несколько советских советников.
— Загружаемся! — скомандовал Морозов.
Дорога заняла около часа. Сначала колонна медленно пробиралась по шумным улицам Луанды, мимо многоэтажек с выбитыми окнами, облупившихся колониальных домов и бесконечных базаров, и рынков, где торговали всем подряд — от морепродуктов и фруктов, до автомобильных запчастей и покрышек, потом город постепенно остался позади, асфальт закончился, и машины покатили по красной грунтовой дороге, поднимая за собой густые облака пыли. Вскоре впереди показался полигон.
Несколько длинных казарм, парк техники, стрельбище, полоса препятствий и большой грунтовый плац. По сравнению с нашими учебными центрами всё выглядело значительно проще и беднее, но жизнь здесь кипела. По полигону сновали группы чернокожих солдат, ревели генераторы и двигатели грузовиков, в отдалении, очевидно на стрельбище, слышались автоматные очереди.