— Рано или поздно станет известно, что ты был любовником Тамары, — сказал сыщик, глядя на хлебный шарик в руке Рябова. — Тогда и решим, как с тобой быть. Если не виноват, поможем. В противном случае, не обессудь: придется отвечать. Надеюсь, скоро все прояснится.
— Я клянусь вам… Клянусь!.. Я бы ее пальцем не тронул… Я вообще не смог бы ударить женщину. Я это понял, когда замахнулся на Машу ножкой от штатива… Я был в бешенстве, но дрогнул… Я тряпка! Мне жутко стыдно…
— Это я уже слышал.
— Как вас убедить? Пока вы тратите время на меня, настоящий убийца спрячет концы в воду. Вы его упустите!
— Устрой мне разговор с директором «Фаворита».
— Зачем?
— Ты же сам заявил, что он был не равнодушен к Тамаре.
— А-а! Да… точно. Он конкретно запал на нее. Свободный мужчина, при деньгах…
— Чем не пара госпоже Шестаковой?
— Почему-то он не признавался Тамаре в своих чувствах, не ухаживал за ней открыто.
— Робкий, значит?
— Совсем нет. В бизнесе он… ух!..
— Наверное, ему не везло в любви.
— Не знаю, — пожал плечами Антон. — В чужую душу не заглянешь.
Обеденное время подходило к концу, и зал опустел. За соседним столиком две женщины лет тридцати заказали творожный торт. Одна из них, элегантная, в платье на бретелях, заинтересованно косилась на Лаврова. Он состроил непроницаемую мину.
— Скажи директору, что я хочу заказать рекламный проект для своего бизнеса.
— У вас детективное бюро?
— Салон магии! — хохотнул сыщик. — Не чета «Эрне»!
— Я серьезно. Наш директор предпочитает масштабные проекты. Вряд ли он…
— Ты главное сведи нас, а я уж сам позабочусь, чтобы наша беседа э-э… прошла в конструктивном русле.
— Ладно.
— Завтра утром. Не позже.
Лавров расплатился за обед, встал и, проходя мимо, подмигнул элегантной даме. Та ответила сдержанной улыбкой. У них бы могла завязаться интрижка… прямо сейчас. Ему стоит попросить у нее телефон, и все. Если бы на ее месте была Глория!.. Восхитительная ночь, которую они провели вместе, не продвинула их отношения ни на шаг. Глория по-прежнему недосягаема и желанна.
— Как никакая другая желанна не будет… — пробормотал он.
Дама с оголенными плечами забыла про торт и плотоядно смотрела ему вслед. Шикарный самец! Заполучить бы такого в постель!
В этот миг Лаврову пришла в голову хозяйка магического салона. Сердце кольнуло дурное предчувствие. Не навестить ли Эрну еще раз?..
Глава 26
Аля плохо спала. Она провела ночь в том же сарае, что и в прошлый свой визит в Прокудинку. В доме доктора заночевать побоялась. Больно там неуютно. Рано утром ей пришлось ловить на трассе попутку. Всю дорогу до Москвы она дремала под хиты восьмидесятых, которые слушал водитель. Его мучила ностальгия по ушедшей юности.
Прежде чем войти в свою квартиру, Аля долго прислушивалась к звукам за дверью. Вдруг там кто-то есть? Не исключено, что неизвестный проник внутрь и продолжает искать то, чего не нашел в предыдущий раз. Вступать с ним в борьбу казалось Але неоправданным риском.
Она повернула ключ в замке и с опаской шагнула в темную прихожую. Квартира была пуста. Хозяйка с облегчением вздохнула.
Она приняла горячую ванну, вытащила колючки от дикой розы, которые докучали ей, обработала кожу перекисью и поставила кофе. После того, что она увидела в Прокудинке, надо было прийти в себя и все обмозговать. Шестаков — тот еще фрукт! Он морочит ей голову. Опять повторяется старая история: мужчина прикидывается влюбленным, чтобы использовать ее в своих целях.
— Это я уже проходила…
Хуже всего, что Аля успела по-своему привязаться к доктору, и прозрение причиняло ей боль. Казалось, она ко всему притерпелась, научилась все принимать со скепсисом и определенным цинизмом, а вот поди ж ты, попалась-таки в сети.
За завтраком она снова и снова прокручивала в уме ночное происшествие. Что бы могли значить бутыли со странным содержимым, которые интересовали не только ее? При чем тут навоз? Почему Шестаков ведет двойную жизнь? Неужели виноват гашиш и от «ритуальных курений» у доктора просто сорвало крышу? Но тогда что делали на его даче чужие люди?
— Полная дикость…
С этими мыслями Аля отправилась на работу — рекламировать и предлагать биодобавки, выслушивать брюзжание клиентов, отвечать на каверзные вопросы. Порой ей беззастенчиво предлагали «убираться к чертовой матери» и выставляли за дверь. Она ненавидела то, чем заставила ее заниматься судьба.