— Кто вас нанял? — перебил директор. Его скулы порозовели, на переносице образовалась жесткая складка.
— Это конфиденциальная информация.
— Ах, ах!
— Погибла ваша сотрудница. Неужели вам безразлично, поймают убийцу или нет?
— Тамару уже не вернешь. Ревность, зависть… какая теперь разница, кто что чувствовал? Разве это поможет найти преступника?
— Порой важна любая мелочь.
— Вы думаете, убийца среди нас?
В голосе директора сквозили сарказм и скепсис. Он был из тех людей, которые хорошо контролируют себя и умеют подавлять свои эмоции. Но все же панцирь, прикрывающий его истинную суть, давал трещины.
— Я должен это проверить, — улыбнулся сыщик. — Как лично вы относились к Тамаре Шестаковой? С симпатией?
— Разумеется…
— А может, вы были влюблены в нее? Видели в ней не только «отличного специалиста», но в первую очередь красивую женщину?
— Кто вам сказал?
— Люди иногда подмечают, казалось бы, незначительные тонкости. Хороший рекламщик должен быть психологом, разбираться в человеческих потребностях. Чтобы найти ту кнопочку, которую следует нажать. Верно?
— В принципе, да.
Лавров понял, что вопрос о влюбленности в Тамару засел в голове директора и беспокоил его.
— Значит, вы были равнодушны к погибшей?
— Я этого не говорил. Она мне нравилась, но между нами сложились сугубо деловые отношения. Тамара была замужем.
— Кому это мешает в наше время?
— Я противник служебных романов, — смутился директор. — Такие вещи порождают слухи, сплетни…
— Вредят дисциплине! — заключил сыщик.
В кабинете работал кондиционер, но, несмотря на прохладу, хозяина бросило в жар. Его раздражала назойливость детектива, однако он продолжал отвечать на вопросы, чтобы не накалять ситуацию. У этого дотошного визитера на лбу написано, что он может доставить кучу неприятностей. Лучше не нарываться на конфликт, а спровадить его мирно.
— Вы кого-то подозреваете?
— Я полагаю, у вашей секретарши мог быть мотив.
Директор не ожидал такого выпада и с трудом справился с волнением. Кривая улыбка застыла на его губах.
— При чем тут секретарша? — выдавил он.
— Ревность! Вечная вражда между женщинами! Секретарша моложе и доступней, зато Тамара опытнее и умнее…
— Прекратите.
— Почему? Разве я не нащупал ниточку, которая приведет меня к убийце?
— Лиза и мухи не обидит.
— Лиза! — ухмыльнулся Лавров. — Ей идет это имя. Складная фигурка, смазливая мордашка… и куриные мозги. Я угадал? Не чета Тамаре Шестаковой, но безотказна и всегда под рукой.
— Вы не смеете…
— Вам не жаль женщину, которая так рано ушла из жизни из-за ваших шашней с секретаршей? У меня всегда вызывали недоверие «противники служебных романов». Этакие правильные господа с безупречной репутацией! А если копнуть, то…
— Сбавьте тон, — оглянулся на дверь директор. — О моих чувствах к Тамаре никто не знал… тем более Лиза. Она слишком глупа, чтобы…
— Вы не на необитаемом острове, Валерий Петрович. Вокруг вас полно людей, у которых все в порядке со слухом и зрением. Они наблюдают за каждым вашим шагом и жестом. Вы их босс и вызываете у них обостренный интерес.
— Я не позволял себе ухаживать за Тамарой. О том, что я… что она мне нравилась… никому не было известно. О чем вообще идет речь? Если я что-то испытывал к Тамаре, то только в мыслях!
— Откуда же, по-вашему, я узнал об этом?
Директор поник и развел руками. Его тонкие длинные пальцы с утолщенными суставами слегка дрожали.
— Лиза не могла! — прошептал он.
— Где она находилась в тот вечер, когда убили Тамару?
— Со мной… Мы поужинали в ресторане, потом я довез ее до дома…
— Лиза пригласила вас к себе? Предложила остаться?
— Н-нет… я очень устал, поэтому уехал.
Лавров представил себе теплый синий вечер с привкусом осени, молодую девушку и зрелого мужчину, который встречается с ней, но любит другую. Они прощаются в машине: он целует ее в щеку, обещает позвонить… Она выходит. Он смотрит, как Лиза, покачивая бедрами, шагает к парадному на высоких каблуках, слегка под хмельком от выпитого шампанского. Она оглядывается и кокетливо машет ему рукой…
Первую скрипку в этом дуэте играл директор фирмы, а не его секретарша. Он решал, когда, где и сколько времени они проведут вместе. Будет ли это прогулка, ужин или постель. Он дарил девушке подарки — не дорогие, чтобы не разбаловать ее, однако и не дешевые, чтобы не выглядеть жлобом. Вряд ли Лиза имела право голоса в их отношениях.