— Брат не делился с тобой своими тайнами?
— А у него были тайны? — пожала плечами Алина. — Мне кажется, Паша ничего не скрывал. У него всегда была душа нараспашку.
Ей было зябко и тревожно. Ни в чем не уверенная, она ни от кого не ждала помощи. Поверят ей или нет, откажут в приюте или сжалятся, — она приготовилась к любому исходу.
— Я напрасно приехала… Ты не обязана меня принимать, Глория. Ты мне ничего не должна. Будет удобнее, если я сниму комнату у кого-нибудь из сельчан.
— Да нет, оставайся у меня, сколько захочешь. Мы ведь не чужие.
— А что потом? Куда мне идти?
— Я найду убийцу, — пообещал Роман, дожевывая пирожок. — И ты сможешь вернуться в Москву.
Алина недоверчиво усмехнулась.
— Здесь тебе нечего бояться, — добавил он. — Санта вас в обиду не даст. А я постараюсь управиться побыстрее.
— Интересно, как? У тебя есть план?
— Секретный…
Глава 37
Москва
Визит к Шестакову произвел на Антона мрачное впечатление. Он оставил доктора в полубреду, а сам спустился во двор, сел в машину и занял позицию для наблюдения. Интуиция нашептывала ему, что нынешняя ночь будет занятной и даст пищу для размышлений.
Супруг Тамары оказался наркоманом! Вот так новость. Чего-чего, а этого Рябов не ожидал. Где тот достает травку?
— Ты мне не говорила, что он употребляет, — сказал он, обращаясь к любовнице, словно та была жива и находилась рядом. — Доктор скрывал это от всех, даже от тебя. Верно? Ты культурная, воспитанная женщина, которая не шарит в вещах мужа, не проверяет его сотовый, не заглядывает в его ноутбук. Культура и воспитание не всегда хороши, милая.
Шло время, а Шестаков не выходил из парадного. Его белый «Форд» стоял на приколе, окна квартиры светились.
— Уснул он, что ли?..
Деревья во дворе, круглые клумбы, фонари и шорох дождя в тишине ночи — все здесь напоминало о Тамаре. К горлу подкатил комок. Антон достал бутылку с водой и сделал пару глотков. Минералка была теплая и невкусная.
Мимо прошла парочка: девушка и парень, оба в шортах и под зонтиком, шагали, крепко прижавшись друг к другу. По виду еще совсем юные, школьники. А родители, небось, дома с ума сходят, куда их ненаглядные чада запропастились.
Тамара детей не хотела, и на этой почве у них с Антоном возникали разногласия. Он был не против стать папашей — лет этак через пять, — а Тамара над ним посмеивалась. «Куда тебе, Рябов? Ты же маменькин сынок! Зачем детям — дети?»
Он злился, а Тамара потешалась. Она частенько дразнила его, подтрунивала. Лиза, секретарша директора, жутко ей завидовала. Да что там… Лиза терпеть ее не могла. Тамара воплощала в себе все, о чем та мечтала. Когда директор на вечеринках приглашал Тамару потанцевать, секретарша рвала и метала. Разумеется, она тщательно маскировала свои эмоции.
— Я тебя раскусил, Лиза-подлиза… — обронил Рябов.
Так за глаза называла девушку Тамара. Она бывала беспощадно язвительной. Не удивительно, что ее недолюбливали.
Чтобы не клевать носом, Антон разговаривал то сам с собой, то с Тамарой. Он чуть не прозевал мужчину, который вынырнул из парадного. Молодой человек вскинул глаза на окна квартиры Шестаковых. Они продолжали светиться.
— Черт…
Мужчина был такого же роста, как доктор, и походкой смахивал на него. Спортивная кепка-бейсболка защищала его голову от дождя, козырек закрывал лицо. Это Шестаков или кто-то похожий на него?
Мужчина направился ловить такси. Черный «Шевроле» тронулся и тихо поехал за ним. Должно быть, доктор нарочно оставил в квартире свет, дабы ввести в заблуждение наблюдателя.
— Он или не он? — сомневался Антон, но особого выбора у него не было. Либо стоять, где стоял, либо следить за «объектом».
Человек в бейсболке остановил машину с шашечками и юркнул внутрь. Мокрое шоссе блестело, отражая красные и желтые огни.
Рябов кусал губы от волнения. Неужели это все-таки Шестаков? Куда его несет посреди ночи?
Он старался держаться поодаль, но не потерять такси. Главное, чтобы ни водитель, ни пассажир не заметили слежки.
Между тем человек в бейсболке сидел в машине и набирал номер телефона своей знакомой. Та не отвечала. Выругавшись, он сунул сотовый в карман и задумался.
Рябов не мог этого видеть. Он сосредоточился на дороге. Не обладая опытом преследования, он допускал промахи.
К счастью, пассажир такси был чем-то озадачен и, пару раз оглянувшись назад, затих и погрузился в себя.