Санта собрался было идти, но гостья решительно воспротивилась.
— Нет! Не уходи! Не бросай нас одних!
— Пусть отыщет Найду, — возразила Глория. — Жалко собаку. Вдруг ее украли?
— Кому нужна ваша беспородная дворняга? Ее или отравили, или прибили.
— Кто?!
— У нас в деревне таких душегубов нету, — заявил великан. — Может, чужие прибили? Пришлые?
— Искать надо, — настаивала Глория. — Иди, Санта, возьми фонарь. И без Найды не возвращайся.
Поиски продолжались около часа. Все это время Алина чуть ли не зубами стучала от страха. И хотя они с Глорией закрылись в доме, это ничуть не помогло ей сохранять спокойствие.
Слуга вернулся понурый, ни с чем.
— Как сквозь землю провалилась наша Найда. Уж я ее и звал, и соседей расспрашивал. Никто собаки не видел. Наутро опять искать пойду. На улице темнотища, хоть глаз коли.
Алина молча шагала из угла в угол.
— Сядь, не мельтеши, — вздохнула хозяйка. — Собаку жалко. Такого еще не было, чтобы она от дома ушла. Если даже увяжется за Сантой и загуляет, обязательно возвращается. Скулит под калиткой, чтобы ее пустили.
— Не вернется она. Чует мое сердце, пропала Найда.
— Типун тебе на язык!
— Не нравится мне все это…
Глория уговорила ее поужинать. Они перешли в кухню. Алина через силу проглотила пару ложек творога и отодвинула тарелку.
— Спасибо… не могу. Кусок в горло не лезет.
— Иди-ка ты спать.
— У тебя снотворное есть? Без таблетки мне не уснуть.
— К сожалению, снотворного не держу.
— Врач, называется, — расстроилась Алина. — Аптечки в доме нет.
— Во-первых, я давно не врач. Во-вторых, аптечка есть. Йод, перекись, валидол, болеутоляющие… Что угодно, кроме снотворного.
— Мне предстоит кошмарная ночь!..
— Ладно, давай еще посидим. Чаю хочешь?
Санта поставил самовар, засыпал в заварной чайник сухой мяты.
— Садись с нами, — взмолилась Алина. — Санта — это твое настоящее имя?
— Меня так хозяин назвал.
— Интересно…
В черных стеклах окон отражалась зеленая лампа. Было тепло и уютно, но Алина вздрагивала от холода.
Великан налил чаю женщинам и себе. Подал вишневое варенье.
— Может, вам меду? — предложил он гостье. — Отменно успокаивает.
Та машинально кивнула. Глория засмотрелась, как слуга достает с полки керамический горшочек с медом и такую же ложечку…
Глава 46
Москва
Когда субботним утром Рябов услышал в трубке голос Лизы, он решил, что бредит.
— Ты?!
— Удивлен? — вздохнула она. — Не ожидал?
— Признаться, нет…
— Понимаю. Я не собиралась тебе звонить. Обстоятельства вынудили.
— Какие же? — напрягся Антон. — Шеф хочет меня уволить? И ты не преминула позлорадствовать? А мне плевать! Мне теперь все по фиг…
— Это ты подослал к шефу детектива?
— Чего тебе надо?
— Кроме тебя, некому. Я сразу смекнула, что это твоих рук дело.
— Молодец!
— Перестань копать под Валеру… Валерия Петровича, — поправилась секретарша. — Он ни в чем не виноват. Я имею в виду, он не причастен к смерти Тамары. Я хочу выйти на него замуж. Понимаешь? Оставь нас в покое!
— А то что? Директор меня уволит? Я же сказал, мне по фиг! Без работы не останусь.
— Значит, я не ошиблась. Ты нанял ищейку!
— Пошла ты…
После инцидента в отеле «Махараджа» Рябов был в ярости. Он злился на всех, в том числе и на себя. Маме тоже от него перепало. Теперь она с ним не разговаривает и без конца глотает лекарства. Звонок Лизы в выходной день взбесил его. Какого черта она ему угрожает?
— Ты самый сердобольный, да? Или у вас с Тамарой что-то было? Услуги частного сыщика стоят ого-го! Не жалко денег?
— Не твоя забота! — огрызнулся Рябов.
— Зря ты подозреваешь Валерия Петровича…
— А кого мне подозревать? Тебя?
— Я Тамару не убивала. Хоть директор на нее и заглядывался. Что я, дура, в тюрьму садиться?
— Ты умная. Потому все обстряпала, как положено.
— Не гони, Рябов! Вместо того чтобы ссориться со мной, лучше послушай. У меня есть предложение. Ты отзываешь сыщика, а я расскажу тебе кое-что про мужа Тамары. Согласен?
— Надо подумать…
— Думай быстрее.
Антон усердно размышлял. Чего вдруг Лиза позвонила ему? С какого перепугу?
— Откуда у тебя информация о Шестакове?
— Я вообще-то наводила справки не о нем, а о Тамаре.
— Зачем?
— Больно ты въедливый, Рябов. Считай, мы с тобой не договорились. Чао!