— По мне, так вы все заняты чепухой, — вспылил Грегори. — Тавис не предатель, он невинная жертва, и я не вижу причин для беспокойства. Или вы чего-то не договариваете?..
Ивейн, понимая, что разговор принимает опасный оборот, со вздохом покачала головой и решила вмешаться:
— Мы не спорим, что он жертва, Грегори. Но он дружен с принцами, особенно с Джеваном. А сегодня мы узнали, что кто-то из них — вероятно, Элрой, хотя, возможно, тут не обошлось и без Джевана, — уговорил регентов начать облавы на банды Дерини. Джеффрай, расскажи нам еще раз, что было сегодня на Совете.
Джеффрай утвердительно кивнул.
— Ивейн права. Короля сегодня не было, и с этой идеей выступил Таммарон. Теперь регенты утверждают, будто нападавшие охотились за двумя принцами, но, не добравшись до детей, взялись за Тависа. Они утверждают, что Тавис поможет опознать нападавших, что, вне всякого сомнения, он и сделает. Если бы я прошел через все это в столь же юном возрасте, что и Тавис, я бы, не колеблясь, захотел отомстить.
Джебедия, всю последнюю неделю проведший в ми-хайлинском военном лагере в Аргоде, водил указательным пальцем по завиткам золотой инкрустации на крышке стола.
— По-моему, кто-то должен получше приглядывать за Тависом. Плохо, что всех моих людей выгнали из охраны. Готов поспорить, что этим летом обитатели замка переберутся в Ремут, тогда правильно подобранный охранник извещал бы нас о ситуации.
— Человек? — спросила Ивейн. — Да, для этого необходим именно человек, потому что Дерини Тавис быстро выявит при малейшем подозрении.
Джебедия задумчиво кивал.
— Верно. Но если мы найдем человека и обеспечим ему хорошую защиту от разоблачения, то наша обратная связь будет невозможна. — Он вздохнул, задумался на мгновение, затем снова поднял голову. — Райс, а как насчет нашей маленькой уловки? Ведь можно послать Дерини с блокированными способностями.
Джорем поднял бровь.
— Та же проблема. Если все его способности будут блокированы, чем он будет отличаться от человека? Мы бы смогли наблюдать за ним отсюда, если бы он помнил, что за ним собирались наблюдать, но в таком случае и Тавис может узнать об этом.
Девин поднял руку.
— Может, стоит рискнуть. У Тависа О’Нилла забот хватает и без того, чтобы проверять каждого стражника в замке. А поэтому можно послать Дерини с блокированными способностями. А затем, когда он приобретет репутацию надежного человека, его снова можно разблокировать.
Камбер кивнул.
— Это мне нравится. У тебя острый ум, Девин. — Он обвел взглядом остальных. — Разумеется, следующий вопрос: где найти подходящего кандидата? Он должен быть неизвестен при дворе, но регенты должны доверять ему. Это значительно сужает выбор.
— Вот именно, — согласился Джеффрай. — Эмрис, Кверон, ваши предложения? Кверон, из слуг святого Камбера никто не подходит?
Кверон покачал головой.
— Среди нас очень мало Дерини, ваша милость. А военную выучку прошли еще меньше. Хотя, по-моему, идея выбрать такого кандидата из монастыря заслуживает внимания. — Он повернулся к Эмрису. — Может быть, кто-нибудь из гавриилитских послушников, Эмрис? Или вы, Джебедия? Еще лучше. Как насчет молодого михайлинца?
Настал черед Джебедии покачать головой.
— Те, кто получил соответствующее обучение, еще недавно занимали довольно высокие посты. Нет, нам нужен хорошо выученный Дерини со стороны.
— Я подхожу?
Это сказал Девин, и все оглянулись на него. Ивейн испуганно трясла головой, не желая слушать, но Девин поднял руку и оглядел собравшихся.
— Послушайте. Логика безупречна. У меня военное образование, я связан с Советом, я…
— И куда бы ты ни пошел, всюду узнают тебя, граф Кулдский, — вмешался Камбер. — Нет, не хочу даже слышать об этом.
— Простите, епископ Элистер, — мягко произнес Девин, — но вы не совсем правы. Дядя Джорем, разве вы не рассказывали мне как-то, что после смерти моего отца дед преобразил двух слуг в вас и Райса, чтобы они могли спасти принца Синхила?
Грегори лихо присвистнул, за столом раздались вздохи, и Джорем медленно кивнул. Камбер, ценою больших усилий сдерживавший испуг, видел, как на виске его сына задергалась жилка.
— Разве вы не рассказывали мне об этом, дядя? — повторил Девин.
Джорем взял себя в руки, ослабил мертвую хватку, с которой он вцепился в стол, и глубоко вдохнул, чтобы успокоиться.