Высокие холмы раздвигают горизонт, камбриец привык видеть больше, чем равнинный житель. Даже и горец. Камбрийские горы пологие, открывают больше, чем прячут. Но и ограничивают, отсекая незримое далеко. Оттого, может быть, у этого народа так развито чувство малой родины. И нет ни малейшей склонности мыслить широкими категориями. Не то чтобы возвышенных материй тут не понимали — но до сердца лучше дойдут понятия размером в такую вот долину.
Не свобода — а свободы, личные права. Свои и знакомых людей. Не Родина без конца и края, крестьяне в Гренаде и сапоги в персидском заливе — а те самые три берёзы, которые нельзя отдать врагу. Или, если угодно, сырьё для заводика, который скрипит крыльями ветряков неподалёку. С которого кормится половина города. И, кстати, не абстрактный Творец, а святой, построивший первую церковь в округе. А то и фэйри из-под ближайшего холма. Добрые соседи, да. С которыми можно просто, по житейски поговорить — и договориться. Даже с самыми злыми.
Немайн хмыкнула. Получалась, что самый главный ресурс для пропаганды в Камбрии — это она. Неприятно — но деться от этого некуда. А вот использовать с пользой вполне реально.
* * *Прежде любой интриги, прежде любой войны — семья. Впрочем, под сводами «Головы Грифона» в полной мере положение понимал только Дэффид. И то по-своему, днюя и ночуя в Сенате да гоняя молодых ополченцев. И был прав. Глэдис вполне способна управиться с прочим. Не впервой. И всё равно ей было страшно. Дочурки-то настоящей войны не видали. Кроме одной. Увы, встреча с Майни привнесла лишнее успокоение: домашних забот полно, у Туллы живот уже здорово округлился, ушастая своего младенчика привезла. Вот это девочкам интересно, а с войной сида пусть разбирается, её епархия! Если надо помочь — конечно-конечно, сразу-сразу! Со всем удовольствием. Лишь Тулла поглаживает живот с таким видом, будто сделала сиде мелкую гадость. На стены не пойдёт, а вот за племянником присмотрит с удовольствием. Заодно и опыт наберёт для своего ребёнка. И Эйлет дуется за то, что её отец замуж выдавать вознамерился, да срочно. В общем — молодые и глупые.
Впрочем, опора нашлась. Немайн. Что оказалось чуточку неожиданно. Всё-таки сида настолько вжилась в роль младшей… Да и легендарная проказливость после болезни да трудов никуда не подевалась. И в росте сида не прибавила. Хотя формы стали взрослее. «Кормит» — объяснила Эйра, пока Майни блаженствовала в объятиях остальных сестёр. Заодно решая проблему с Эйлет.
Для дочурок-то главным оставалось обычное, девичье — женихи. При встрече Эйлет так набычилась на Майни, что Эйра, заметив, вызверилась на сестру. Наставницу защищать приготовилась. Ну и собственное будущее — в делах семейных в Камбрии старшинство считается, и замуж сёстры по очереди идут. Впрочем, скоро все снова стали подруги — не разлей вода.
— Разберёмся, — предложила Немайн сёстрам. — Помните мои уроки? Пошел разговор всерьёз. Эйлет, замуж ты хочешь. Просто желаешь жениха выбрать сама. Верно?
— Да, но…
— Тебе ничего не мешает. Отец не дурак, перед походом сговариваться не будет. Вдруг парня убьют?
— Так меня тоже могут…
— Вряд ли. От семьи в девять душ у нас в поход идут четверо: отец, Кейр, да я с Эйрой. Больше не надо, да и нельзя. Риск для вас будет, если войско поляжет и на стены становиться придётся. Ну а тогда ты любому жениху рада будешь. Мало мужчин останется… Потому — я буду просить отца и коменданта отпустить тебя, Эйлет, в поход со мной, в качестве заместительницы начальника службы снабжения…