— Почему ты кричала? — заволновался Ник. — Сюда приходили в мое отсутствие?
Она только всхлипывала в ответ.
— Прекрати допрос, — вмешалась Эмили. — Лучше оставь нас наедине.
— Ты не понимаешь. Я должен узнать, что случилось. А если ей угрожали? Лучше сообщить в полицию.
— Ну почему ты упрямишься? Просто уйди, позже решим, как поступить!
— Я спущусь вниз. Узнаю, не интересовались ли нами сегодня? Ждите здесь.
— Нет, не надо никуда ходить, — опомнилась Камилла. — У меня сдали нервы, вот и все. Никто не заходил в номер. Я просто разволновалась…
— Может, объяснишь нам причину своего волнения? Мы постараемся помочь.
— Я не хочу об этом говорить.
Камилла медленно встала и вышла из своего убежища. Затем села на диван, по-прежнему не глядя на присутствующих. Со стороны казалось, что она принимает важное решение. Ник против воли залюбовался ею: безумно хороша при любых обстоятельствах. Мокрые после душа волосы высохли сами по себе, а поскольку от природы имели свойство завиваться, то образовали пышную копну, которая так и манила дотронуться рукой. Маленькие слезинки, застывшие в уголках глаз, заставляли сиять их еще ярче. Бледное лицо казалось высеченным из мрамора.
— Я хочу уехать отсюда, — сказала Камилла. — Немедленно, прошу вас.
— Подожди. — Эмили присела рядом с ней. — Если все из-за меня, лучше мне переехать.
— Ты здесь ни при чем. Ах да, мы еще не выяснили наши отношения. Так вот, желаю вам счастья.
— Ты действительно не сердишься? Говори, я должна знать. Последние несколько дней меня мучает чувство вины. Мы с Ником повели себя ужасно.
— Что толку обсуждать уже свершившийся факт? Муж мне изменил, я знаю об этом. Думаю, со временем мы с тобой сможем нормально общаться. Я рада за вас.
— Спасибо, Камилла, ты замечательная.
— Давайте уедем побыстрее, — отозвалась она. — Можно переодеться в твоем номере?
— Конечно, идем.
— А мне что делать? — спросил Ник, глядя на них.
— Собирать вещи и бронировать места в самолете, — ответила Эмили.
Им удалось взять билеты на вечерний рейс. Таким образом, прошли всего сутки после событий в «Арабской башне». По дороге в аэропорт и в самом здании Камиллу, как прежде, не отпускало ощущение чьего-то пристального внимания. За ней следили, наверное по приказу Омрана. Хотя теперь ей уже было безразлично.
Подумать только, ведь она не хотела ехать в Эмираты. Тревожное предчувствие шевельнулось в душе, когда Ник показал билеты на отдых. Но он не поверил, посмеялся над женой. Если бы они остались в Англии, Камилла до сих пор жила бы спокойной, размеренной жизнью замужней женщины и сердце не замирало бы от боли при каждом вдохе, как сейчас. Судьба. Арабы свято верят в предопределенность жизни каждого человека, в существование заранее спланированного маршрута действий, поступков. Она раньше никогда не задумывалась над этим. А сейчас сомнений почти не осталось. Слишком много выпало на ее долю удивительных, невероятных совпадений. Сначала Ник, не подозревая о давней истории с Кайсом, выбирает для отдыха именно Эмираты. Потом отель, где они встречают Эмили. Она могла работать в другой арабской стране, жить в любой из бесчисленных гостиниц, но оказалась именно здесь. Камилла вдруг почувствовала себя марионеткой, ведомой чьими-то умелыми руками, не способной выйти за границы тех пределов, которые ей предопределены свыше.
Самолет стремительно набирал высоту. Дубай светился внизу яркими огнями. Где-то вдалеке, у залива, в виде гигантского паруса чернел силуэт «Арабской башни». Там остался Кайс. Один. Она почти видела его, лежащего на кровати, изможденного, уставшего. Как странно он выглядел посреди ослепительной роскоши, которая многими людьми непременно ассоциируется со счастьем, благополучием, удовольствием, а уж никак не со страданиями.
Камилла закрыла глаза и предалась своим печальным мыслям. Ник и Эмили, кажется, не могли наговориться. Они уже открыто, не стесняясь, держались за руки, позволяли себе некоторые нежности, вроде мимолетного поцелуя. Все трое молчали, пока проходили таможенный контроль. Камилла раздумывала, куда ей лучше ехать — сразу к матери или сначала забрать вещи из супружеской квартиры. Но принять окончательное решение помешала Аделин Спенсер, неожиданно появившаяся в толпе встречающих. Ее взгляд метал молнии, когда она увидела сына и Эмили, идущих рядом. Ник несколько оторопел, увидев мать.
— Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? — грозно начала Аделин. — Я звоню в отель, узнаю о вашем внезапном отъезде. Теперь понятно, почему вы не потрудились предупредить меня. Как в вашей компании оказалась эта женщина?