Все началось с того, что в нее влюбился сам Архип Дорохов - выходец из той самой богатейшей семьи нашего города. Конечно, влюбился. Она из таких женщин, которых нельзя игнорировать. Таких обожают или ненавидят. Не заметить таких нельзя. Вот и он пал ниц пред её чарами. Но семья Дороховых собиралась принять в семью только ровню, коей Камелия совсем не являлась.
В самом начале лета Ками возвращался из столицы на автобусе. Она смотрела в окно и размышляла о своем, а после записывала идеи в небольшой блокнотик. Дорохов, который недавно вернулся после окончания столичного университета, ехал на собственном автомобиле. Он увидел её через стекло и потерял голову. Мужчина сопровождал автобус и ждал, когда Камелия выйдет. Бывает же такое в жизни, как оказалось, она вышла на остановке городка, который принадлежал ему. Вот она и попалась, птичка золотая. Такой трофей нельзя упускать.
-Я помогу вам донести. - Улыбнулся он, Ками засмущалась и не смогла отказать. Высокий брюнет, с ямочкой на подбородке. Широкоплечий, весь такой лучезарный, белозубый. Излучающий уверенность и какой-то хищный шарм. Он донес ее чемоданы до дома.
-А вы откуда? - Он расплывался медом.
-Я приехала на каникулы домой. - Смущенно ответила Камелия. - Ах, это мои последние каникулы. Совсем скоро я буду работать. У меня уже есть несколько предложений.
-Небось, в столице? - Хитро поинтересовался Дорохов.
-Да. Это моя мечта! - Ответила она, улыбаясь, но он решил, что ее мечтам не суждено сбыться. Такая красивая, неземная, словно вырвавшаяся из сказки царевна. Будто настоящая зарубежная актриса просто должна стать его женой, заниматься его кухней и его детьми.
Так и случилось. Правда, не сразу. Ками часто уезжала. Теперь у нее была ответственная работа. С которой она справлялась блестяще. У нее прекрасное чутье, интересные идеи, опережающие время. В этой чудной головке столько планов и масштабных проектов, что могло бы напугать любого мужчину, но не самовлюбленного и немного далекого Дорохова.
Их личную жизнь сопровождали трудности. Дороховы не принимали красавицу в свою семью, защищая свои миллионы. Какая-то оборванка, дочь слесаря, с их же фабрики, и учительницы. Наш серый кардинал перемывала кости Ками и всему ее семейству до третьего колена. Что они даже свадьбу сыграть не смогут, все ляжет на её плечи. Что Ками нужны только деньги и статус. У нее нет ничего, кроме задницы.
Алевтина Алексеевна проводила беседы с сыном. Знакомился его с иными дамами, имеющими вес в обществе. Но скажу честно, он был очарован красотой Ками. Как ее можно сравнивать с другими? Она яркая, живая, веселая. Её походка, осанка, взгляд, словно она императрица, не меньше. В сравнение с ней никто не идет. Ведь даже не в красоте дело. Это обаяние, харизма, манеры. Ками выглядит очень спокойной, умиротворенной, но она не уверена в себе, умеет шутить над собой, она страстна и изыскана. А эти роскошные длинные ноги. А этот плавный изгиб талии.
И Архип выдержал атаку матери. Все разговоры, ухищрения, обливания грязью, все проскочило мимо его ушей.
Он просто принялся развлекаться с другими дамами и играть в карты. Вот так он протестовал.
Мать, тут стоит отдать ей должное, поступила мудро и не стала мешать их отношениям. Может они сами расстанутся. Но они не расстались. Таких, как Камелия не бросают. Таких как Ками, держат за закрытой дверью, как трофей. Архип поклялся моей любимой женщине больше не играть, и они принялись готовиться к свадьбе.
Камелия за период их отношений, успела заработать кругленькую сумму денег. Так что практически сама оплатила всю свадьбу. Она не любит быть должной и обязанной кому-то. Очень гордая.
Её не хотели отпускать с работы. Поэтому она ездила в столицу. Пока, ей не пришлось заняться делами семейной фирмы.
И вот когда я, красивый и причесанный милый мальчик, оказался на этой свадьбе, я был поражен и убит. Как мое внутреннее состояние не вязалось с моим внешним видом. Я думал, не вынесу этого. Я понял своим детским умишком, что не хочу видеть с этой прекрасной женщиной никакого другого мужчину. Я хотел вот так сидеть у нее на руках, чтобы она обнимала меня, слышать ее дыхание и все. Никого, никого другого. Это должен быть только наш мир. Вот такие взрослые мысли у почти шестилетнего ребенка.